50 и один шаг назад

Отрываю руку, обнимая себя, словно пытаясь защититься от всего этого. Но тяжесть в груди разрастается, когда я смотрю на всевозможные плети с разными наконечниками, блестящими в алом свете, на непонятные щипцы, палки и даже трости.

Должна, должна узнать глубже обо всём этом.

– Но ты говорил, что сессия проходит внизу, а тут ты, я так понимаю, только… только…

– Трахаюсь. Да, но иногда хочется ударить, причинить ещё боли или же меня просят об этом, поэтому это здесь есть на всякий случай, – подсказывает он.

– А вот это, – я указываю вновь на стул, – это ты пробовал?

– Да, я не пользуюсь такими вещами, не изучив их до конца.

– И ты это делаешь с ними тут, а не внизу?

– Внизу тоже есть похожий набор, но это сделано специально для меня. Его привезли месяц назад, и я пока не пробовал его здесь, – говорит он.

– Это больно?

– Если увеличить ток, то да. Но в основном многие, да большинство, находят это очень возбуждающим.

– А ты мог бы… мог бы показать мне, как это работает? – Сглатываю от страха, но моя любовь настолько желает утонуть здесь рядом с ним, что я поддаюсь этому чувству.

– Нет, – качает головой Ник.

– Но почему? Я хочу попробовать. Ты сам говорил, что… что мне понравится. И ты… я знаю, что ты опытный, ты не причинишь мне осознанно боль. Я доверяю тебе и хочу тоже попробовать, что означает этот ток, – неуверенно произношу я, делая шаг к нему.

– Крошка, тебе не стоит это делать. Мы можем поехать домой…

– Нет. Я. Хочу. Это. Я хочу, чтобы ты занялся сексом со мной тут. Я хочу сесть в это кресло, и ты сделаешь то, о чём прошу. Ведь я добровольно пришла сюда. И добровольно выбрала допустимое для себя. Я хочу остаться тут. Позволь мне эту малость, – мой голос приобретает уверенность, пока я говорю.

– Это не малость, Мишель. Но я дам тебе время обдумать всё, пока меня не будет, – кивает он.

– А ты куда? – Испуганно быстро подхожу к нему.

– Если ты хочешь, чтобы я трахнул тебя здесь, то я буду это делать долго. И под конец у тебя не будет сил, чтобы куда-то идти, а тем более одеться. Поэтому мне надо самому переодеться, и принести одежду, в которой я вынесу тебя отсюда. Ты хочешь увидеть меня, как Топа, и я готов тебе это показать, но предупреждаю, что это может быть для тебя слишком. И тогда ты скажешь стоп-слово, после которого я прекращу любое воздействие на твоё тело. Это серьёзное решение, Мишель, – чётко говорит он, и я киваю.

– Хорошо, иди. Я останусь тут и подумаю, – говорю я."

"Ник разворачивается и выходит из комнаты, оставляя меня одну. Я знаю, что тут тепло, но моя кожа покрывается мурашками.