50 и один шаг назад

Волшебно смотреть на него такого моего сейчас, любоваться, как он грациозно дегустирует вино и держится намного лучше, чем я. Ведь я… боже, да у меня ноги трясутся. И я не понимаю отчего: от возбуждения или же страха. Но точно знаю, что одна из причин моего состояния – это Ник.

– Часто бывал в этом месте, – задумчиво произносит Ник, откидываясь на спинку кресла, и я удивлённо перевожу на него взгляд от бокала белого вина, которое крутила в руке.

– Правда?

– Да, конечно, я не принадлежу…

– Нет-нет, Ник, ты не так понял, – перебиваю я его. – Просто я ни разу тебя не видела здесь, а мы раньше ужинали в этом ресторане чуть ли не три раза в неделю. И обязательно по воскресеньям.

– Я тоже здесь ужинал каждое воскресенье перед… хм… перед моим тематическим вечером, – медленно отвечает он.

– О, Господи, то есть ты и я были в одном месте и даже не обращали друг на друга внимания, – закрывая рот рукой, тихо смеюсь такой шутке судьбы.

– Получается, что так и было. Каждый из нас находился в своём мире, ты в вот таком ярком и блестящем, а я…я в дальнем углу, в тени своего мира и не желал ничего менять.

– Но сейчас всё изменилось, так мало времени и так много открытий, – с улыбкой говорю я, отпивая из бокала вино. – Для меня это несколько необычно и странно. Хотя мне это безумно нравится.

Его глаза лениво проходятся по моим губам, которые я нервно облизываю от горячей крови, прилившей моментально к щекам. Затем поднимаются по носу и встречаются с моими глазами. Он улыбается ими, смотря на меня. Он умеет улыбаться глазами, оставаясь спокойным и равнодушным для окружающих. Удивительные глаза, самые живые в мире и глубокие. Мои. Люблю эту сочную композицию, как и всё, из чего состоит этот человек.

– Странно. Непонятно. Быстро. Правильно. Но иначе у меня не бывает, Мишель. Раньше было тихо, размеренно, точно. А сейчас… посмотри, что ты сделала со мной, и мне это нравится не меньше, чем трахать тебя, – его губы изгибаются в хитрой обольстительной улыбке, а я давлюсь вином, откашливаясь и одновременно стуча себя по груди.

– Ник, – с укором, едва отдышавшись, произношу я, но не могу не улыбаться, смотря на него довольного своей выходкой, мне остаётся только покачать головой и приняться за салат, который поставили передо мной.

Мужчина напротив настолько свободен в своих движениях, что я невольно вновь завидую ему. Я не хочу есть, только смотреть, как он красиво поглощает пищу, и понимать, что это меня заводит не меньше, чем его страсть. Ник вопросительно поднимает брови, замечая, что я замерла, наблюдая за ним, с приборами в руках.