50 и один шаг назад

– Да? – Оборачиваюсь, приготовившись к какой-то шутливой фразе, но лицо Ника совершенно не говорит о веселье, наоборот, он серьёзен, отводит глаза от меня и затем снова встречается со мной взглядом. Теперь же они полны чего-то нового, волшебных искорок и отблесков солнца.

– Хорошего дня, – быстро произносит он и закрывает окно. Машина с рёвом стартует так, что я едва успеваю отскочить, чтобы не глотнуть едкого дыма.

Улыбаюсь, чувствуя, как он решил обмануть себя же, не сказав того, чего хотел. Закрыв глаза, мотаю головой, продолжая тихо смеяться и парить. Да, парить над землёй, над самой собой от переизбытка заботы Ника. Он настолько осторожен, а я уже скучаю по его страсти и грубости. Он пытался держать себя в руках, убежав от меня и спрятавшись в ванной, пока я пыталась склонить его утром к сексу, что от этого хочется ещё больше смеяться.

Я разворачиваюсь и не спеша иду через ворота к своему корпусу. Знаю, что занятия уже начались, но мне отчего-то всё равно. Да, у нас полно проблем начиная с прошлого Ника и его темноты, заканчивая настоящим и моим обезумевшим отцом, от которого я уже даже не предполагаю, что ожидать. Да, прячусь за Ником. Да, слабая и боюсь. Но буду бороться дальше. И даже швы и ужасающие порезы, которые уже покрылись корочкой, меня не остановят.

Пытаюсь как можно тише войти в аудиторию и сесть с краю. Найдя глазами Сару, которая жестами показывает что-то, но я не понимаю, только пожимаю плечами. Порывшись в рюкзаке, достаю тетрадь, чтобы записать лекцию, и решаю найти свой телефон. Но его нет. Он, видимо, до сих пор у Ника. И меня это тоже, на удивление, не беспокоит."

"Пытаюсь вникнуть в финансовую математику, пока мои мысли далеко отсюда. Такое ощущение, что во мне живёт несколько «я». Они настолько противоречивы, и я путаюсь в них. Одна желает всему миру сказать, что она влюблена и кто это. Другая же запрещает это делать, желая иметь Ника только для себя и никак иначе. А вот третья, родившаяся с его появлением, шепчет совершенно иные фантазии.

Подчинение. Как часто мы думаем, что оно ужасно? Я всегда осуждала этот стиль поведения, не желая признавать, что это нормальное стечение обстоятельств. Но само слово «подчинение» вселяет в меня ужас и страх, выкладывая в голове картинки иного происхождения. Его мира. Его чувств. Его страстей. Я понимаю его, но не могу понять, как я сама к этому отношусь. Забота и власть – разные вещи. Ник имеет надо мной сильнейшую власть, как и подпитывает её своей нежностью, такой жгучей и прекрасной, что я забываю обо всём. Только вот я не знаю, смогу ли ступить за эту дверь и войти в его тайную комнату, которую он прячет от меня.