50 и один шаг назад

Я смотрю на белые бинты, которые закрывают полностью руки и просочившуюся кровь через них. Тошнота подкатывает от увиденного, и я закрываю глаза, возвращаясь во вчерашнюю ночь. Мне хочется снова разреветься от гадкого осадка горечи в горле, но слёз нет, одна пустыня внутри.

– Доброе утро, – спокойный голос Ника раздаётся сбоку, и я поворачиваюсь на него, слабо улыбаясь и впитывая его образ. Он тут, рядом со мной и все страхи исчезают моментально.

– Доброе, – хрипло отвечаю я, понимая, что мои звуки, вырвавшиеся изо рта, севшие от событий, которые произошли со мной.

– Как себя чувствуешь? – Спрашивает он, отталкиваясь от косяка, и проходит в спальню, закрывая дверь кабинета.

– Нормально. Спасибо тебе, – я пытаюсь улыбаться, но губы тоже потресканы и болят. Но иное… что-то другое заставляет судорожно сжаться сердце и замереть в страхе. В Нике появились изменения, нет больше той нежности, с которой он вчера смотрел на меня. Один ледяной ветер, который подхватывается внутренней бурей и завывает с новой силой во мне.

– Спасибо, – он издаёт неприятный смешок, явно передразнивая меня, останавливаясь у края постели, и не сводит с меня пристального взгляда, от которого я сглатываю и облизываю губы.

– Вот скажи, вас учат так чувственно врать или это врождённое у голубых кровей? – Его вопрос приносит ещё больше непонимания, как и злость, сквозящая в каждом слове.

– Не понимаю, – шепчу я, вглядываясь в его лицо, чтобы хоть немного вторгнуться в его сознание и прочесть мысли. Но ничего, клыки внутри меня сильнее царапают сердце.

– Почему твой отец так поступил? Почему позволил себе такое поведение? – Спрашивает он.

– Потому что ненавидит тебя… нашёл твои письма и…

– Нет, я хочу знать истинную причину всего, а не очередную сказку о невозможном романе, которую ты предпочитаешь преподносить мне, – резко перебивает он меня.

– Ник, я не понимаю тебя, – мотаю головой.

– А я ведь дурак, полный кретин, решивший, что ты хотя бы настоящая, – он начинает смеяться, но настолько фальшиво и злобно, что я сжимаюсь в своём страхе.

– За кого ты больше боишься за себя или за Марка? – Его смех резко прекращается, и он опускает руки.

– Марка? – Удивлённо переспрашиваю я.

– Да, долбанного Марка, который тебе звонил всю ночь, который тебе пишет сообщения, – обвинительно говорит он.

– Но…

– Мне пришлось отключить твой мобильный, а вот на своём я всё же получал все его послания для тебя. Ничего не осталось, как прочесть их, чтобы понять, насколько ты погрязла в своей лжи, и используешь своё состояние, – вновь перебивает он меня уже жёстче.

– Ты ведь обещал не делать этого, – сдавленно отвечаю я.

– Я помню, что обещал тебе это и сдержал своё обещание.