Шадари. Наследница древних

Наоборот, стал действовать более нежно и осторожно. Исследовал поочередно верхнюю и нижнюю губу, чуть втягивая и посасывая.

Не выдержав, Найя сама подалась навстречу своим языком. Он тут же откликнулся, проникая внутрь ее рта и исследуя новую территорию, куда его сами позвали.

У Найи подкашивались ноги от наплыва ощущений. Если бы судорожно не цеплялась за плечи Саймона, наверное, упала бы.

Нет, конечно, она целовалась и раньше. Это единственное, что позволяла ухаживающим за ней мужчинам. Хоть и не всем, а тем, кто хоть немного нравился. Но никогда прежде не испытывала при этом чего-то подобного.

Внутри разгорался пожар, с которым она ничего не могла поделать. Тело явно желало еще большего. Настолько сильно, что это казалось даже болезненным.

Полузастегнутая рубашка на груди лишь усугубляла ее состояние. Обнаженная кожа в том месте, в каком соприкасалась с Саймоном напрямую, стала необычайно чувствительной. Горошинки ее грудей затвердели. Ей хотелось тереться ими не о грубую ткань одежды, а об обнаженную кожу мужчины.

Но когда Найя потянулась, чтобы начать освобождать Саймона от мешающей одежды, он отстранился. Посмотрел на нее потемневшими глазами и прерывисто выдохнул:

– Хочу, чтобы ты принимала решение, не поддавшись минутному импульсу, а все обдумав. Чтобы осознавала и плюсы, и минусы.

– Это, насколько понимаю, были плюсы? – улыбнулась она.

– Лишь малая их часть, – он весело подмигнул. – Обещаю, что тебе будет со мной не менее хорошо и в дальнейшем. Ты ни в чем не будешь нуждаться. Будешь окружена заботой и роскошью.

– Не унижай меня разговорами о деньгах, – Найя чуть пришла в себя и покачала головой.

– Прости, – Саймон снова коснулся ее губ, припухших от его поцелуев, нежно провел по ним пальцами.

От того отклика, что возник внутри, Найе стало даже страшно. О, Единый, что же с ней творится?! Она голову теряет от этого мужчины!

И хуже всего, что с каждой секундой желание сказать ему «да» усиливается. Неужели готова стать просто любовницей, ничего не требующей взамен, кроме мимолетных свиданий?

Стало горько от этой мысли. Она не желала превращаться в жалкое существо, только и живущее ожиданием. Сидеть в золотой клетке и напряженно прислушиваться к звукам за окнами. Надеяться услышать знакомые шаги и тосковать, когда Саймону будет не до нее.

А потом однажды дождаться момента, когда в газетах появятся его изображения с какой-нибудь аристократической гусыней. Той, что подходит ему в качестве жены и матери будущих детей.

Найя понимала, что просто не переживет этого. Того, что настанет момент, когда он не придет. Пресытится экзотической игрушкой.

Наверное, что-то в ее лице изменилось, поскольку он тут же отпустил. В глазах Саймона отразилось сожаление.