Сгорая дотла

Вдруг подавлюсь и рассмешу публику, пока буду кашлять и пучить от страха глаза.

– Сонь, я плачу за всё. Расслабься.

– Я даже смотреть не буду.

Кирилл покачал головой.

– Тогда я закажу.

– Не вздум…

– Помолчи, хорошо? – по-доброму попросил он, явно не теряясь. Быстро пролистал меню, подозвал официанта и оформил заказ. А я тем временем глупо хлопала ресницами и вертела головой, стараясь игнорировать мудреные названия, которые так легко слетали с языка босса.

– Напомни, пожалуйста, чтобы я больше на такое не соглашалась, – стоило официанту отойти от столика, как я пробурчала, разглядывая теперь хитро щурившегося Кирилла.

Тихий смешок, который издал Кирилл, все-таки заставил меня улыбнуться.

– Еще успеешь мне отомстить, – парировал он. – Давай поболтаем.

– О чем? – прошептала, сминая на коленках салфетку.

– Ну, – протянул он, продолжая загадочно улыбаться, – расскажи о себе. Чем занимаешься, где учишься.

– Будто бы ты ничего не успел узнать про меня.

– Успел. Но хочу послушать тебя, – честно признался, ни капли не смутившись. Хотя я сама хороша, про Кирилла столько узнала за прошлый вечер, что впору нам помериться объемами информации.

– Учусь, работаю. Впрочем, как и многие в моем возрасте.

Кирилл хмыкнул.

– Не в мой ли огород прилетел камушек.

– Никаких камней. Говорю, как есть.

– Тогда расскажи про семью. Ты сказала в прошлый раз, что у тебя много родственников.

– Ты даже не представляешь, – выдохнула, ощутив, как напряжение сковало плечи. – Кстати! У меня чуть из головы не вылетело. Мне нужны выходные в эти выходные. Я же могу взять?

– Куда-то собралась? Свидание? – Напрягся Кирилл, или мне показалось?

– Никаких свиданий, – фыркнула, продолжая мять салфетку. – У мамы юбилей. Нужно съездить, поздравить и помочь.

Кирилл кивнул.

– Да без проблем, Сонь. Буду сидеть дома и смотреть сериалы.

– Ты справишься без меня? – прищурилась, глянув на босса. – А то мало ли…

– Справлюсь. Обещаю. Я же взрослый мальчик.

Он усмехнулся, но чье-то постороннее покашливание едва не заставило меня подпрыгнуть на месте.

– Уверен, что взрослый? – сухой и жесткий голос, способный рассечь металл, донесся до наших ушей.

Я обернулась, Кирилл даже не шелохнулся.

– Не беспокойся, Вик, я помню, сколько мне годиков.

– Сомневаюсь, – отчеканил тот самый злобный очкарик, которого я видела в день, когда трудоустраивалась. Друг Кирилла. Виктор Никольский. Я про него тоже почитала. И про Марка Громова, и про его брата Роберта.

– Привет! – женский мелодичный голос вмиг рассеял тучи, которые повисли над нами. Из-за спины очкарика выскочила девушка, одарившая нас приятной улыбкой.