Сгорая дотла

Не думаю, что Кирилл поймет, а если и поймет, то у меня нет времени объяснять. Потом расскажу, возможно, мы даже посмеемся. Но не сейчас.

– Да, кое-что случилось, но я во всем разберусь. Позвоню потом. Хорошо?

Он кивнул."

"Я уже открыла дверь, когда Кирилл схватил меня за руку. Обернувшись, удивленно уставилась на собственную ладонь, в которой оказались ключи от машины.

– Возьми. Тебе сейчас нужнее.

– Спасибо, – прошептала, чувствуя, как глаза защипало от слез.

* * *Соня выскочила за дверь и умчалась быстрее, чем Кирилл успел попрощаться. Что бы там ни произошло, ему не понравилось, как выглядела Соня. Напуганная, осторожная в словах и с бусинками слез в глазах.

Прислонившись лбом к прохладной поверхности двери, Левин выдохнул.

Второй раз. Их прервали второй раз. Можно было разозлиться, но всё, что он мог, так это смеяться. Соня обязательно разберется со своими проблемами, и втягивать его точно не будет. Он слишком хорошо успел узнать девушку и принять тот факт, что она для своих ""всего лишь двадцати"" намного старше его.

Она не бежала от проблем. Она их решала.

А он бежал.

Сцепив кулаки, Кирилл заставил себя успокоиться и набраться сил. Набраться духу, чтобы спустя пять минут, устроившись на диване и вытянув ноющую ногу, которая каким-то чудесным образом практически не давала о себе знать, когда Кирилл был полностью увлечен Соней, он взглянул на телефон, лежащий рядом.

Еще чуть-чуть и он сможет.

И он смог. Спустя минут двадцать, конечно же, но Кирилл набрался духу и позвонил сестре.

Ника ответила не сразу. После пятого гудка, когда Кирилл уже решил, что сестра будет его игнорировать, она все-таки ответила.

– Привет, засранец! – голос у сестры странным образом звучал зловеще и по-доброму одновременно.

– Привет, – его же собственный голос едва не дрогнул. – Как дела?

– А ты как думаешь? – хмыкнула Ника.

– Думаю, вполне хорошо.

– Да ты издеваешься, дурачелло! Конечно же, хорошо. Очень хорошо! Я, мать твою, теперь мать! Хах, представляешь?

– Угу, – буркнул Кирилл, сдерживаясь, чтобы не сморозить глупость. Пусть гормоны забивают голову Нике, а он предпочтет оставаться в своем уме. – Как там… то есть, как там всё прошло?

– Ты реально хочешь знать, как я рожала? Вот прям всё-всё?

– Ой, Ник, побереги мои нервы.

– Вот и я о том же, братец. Не думаю, что тебе будет интересно, как из меня…

– Ника! – Кирилл расхохотался, позволив напряжению испариться. – Без подробностей.

– А зря. Моя память пока свежа, и я все могу в подробностях тебе пересказать.

– Хорошо, что у меня член, а не вагина, – выдохнул Кирилл, – иначе я бы сошел с ума.

Ника хохотала, как умалишенная. Хотя, кто же ее знает, может быть и ни «как».