Мертвый сезон в раю

Всего лишь пережить день, и…

Пальцы уже сжались на ручке двери, и Эль уверилась, что буря миновала, но…

— Кардинес, — внезапно снова окликнул ее глава.

Элинор мысленно ругнулась.

Пришлось оборачиваться.

— Да, господин Вэйд? — Она надеялась, что получилось любезно, но, судя по выражению лица начальника, не очень."

"— Не ожидал от вас. — Эль пораженно моргнула. — От кого угодно, но от вас — не ожидал.

И под «вас» он явно подразумевал не саму Элинор как отдельную личность, а как дочь ее отца.

Она отпустила дверь и повернулась уже не через плечо, а всем телом; шагнула вперед — к столу главы.

— Простите, господин Вэйд, но я не уверена, что понимаю, о чем вы.

Взгляд-укор проследил за ее перемещением, однако добрее не сделался.

— Помимо каких-то морально-этических соображений, вы — скоро уедете, а Инесса останется. Стоило ли оно того?

Стало еще менее понятно.

Еще один шаг — и властное поднятие руки, приказывающее остановиться.

— Ваше счастье, что я слишком уважаю лорда Викандера, чтобы рассказывать ему о вашем поведении, — добил ее глава, опустив ладонь обратно на столешницу, словно молоточек судья.

И тут до нее дошло. Черт возьми, по дороге сюда она думала о чем угодно: о кладбище, о снусе, о каких угодно небылицах на ее счет, которые обиженная Инни могла бы рассказать дяде, чтобы отомстить. Но даже в страшном сне Эль не могла представить, что соседке хватит ума докладывать, кого и в чьей спальне застала. Это… низко, в конце концов!

И кому? Своему дяде. Начальнику обеих. Мужчине, вдвое старше каждого из них, включая Тэйта, строго говоря. Как какой-нибудь подружке-сплетнице? Немыслимо…

— Надеюсь, вы подумаете над своим поведением, — закончил Вэйд, вместе с тем явно завершая и всю эту отвратительную беседу.

Да как он… Как они…

Ногти впились в ладони.

И несмотря на то что ей явно дали понять, что уж теперь аудиенция закончена и следует убираться восвояси, Элинор сделала к столу еще один шаг.

— А я надеюсь, — произнесла холодно со всем великосветским апломбом высокородной леди, на который в этот момент была способна, — что впредь вы поостережетесь пятнать имя моего отца. Особенно после того, как наслушаетесь гнусных сплетен.

Лицо начальника изумленно вытянулось, став едва ли не вдвое длиннее, а светлые брови взметнулись к волосам.

— Рада, что мы друг друга услышали, — отчеканила Эль напоследок, после чего снова развернулась и на сей раз быстро и не останавливаясь покинула кабинет.

Хлопнула ли она дверью? О да.

Глава 21

Весь этот бесконечный день Элинор с благодарностью вспоминала отца за то, что еще в раннем детстве научил ее, как контролировать дар, чтобы ненароком никого не проклясть. Потому что, черт возьми, соблазн был велик.