Сезон охоты

– А ты теперь КГБ?

– Если бы. Не я. Но близкий мне офицер. И сегодня… КГБ словила с твоих серверов несколько подозрительных ссылок и адресов. При мне.

– Пи**ец…

– КГБ умолчит об этом инциденте. Но оно просит и НКВД в схожей ситуации не сливать информацию вождю.

– Зреет заговор?

– Нет. Но офицеры недовольны зацикленностью вождя на одной персоне. Дела семьи пошли хуже. Много ресурсов брошено на эту бесполезную одержимость. И люди недовольны.

– Против своей семьи играть я не стану. Гала носит наследника, и я хочу, чтобы она была у власти, как ей положено по статусу.

– Никто не затевает свержения «папы», Малой. И никто не оспаривает прав твоей сестры. Не гони. Просто КГБ хочет иметь договоренности с НКВД за спиной «папы». На всякий крайний случай.

– А кто этот офицер, что мониторит за мной?

– Этого я тебе сказать не могу. Соглашайся. Такие связи поддержат потом твою сестру, если вдруг…

– А какой твой интерес?

– Пока ты спал в вертолёте, Ярцева сказала мне, что я жив, потому что я – твой подарок. Велела за тобой присматривать. И обещала шкуру содрать, если что… А я натура впечатлительная и боюсь ослушаться. К тому же, Галина мне импонирует гораздо больше Артурчика.

– Я согласен. По мелочам буду прикрывать косяки твоих. Но пусть очень невнимательно ищут Мару.

Пожимаем друг другу руки.

– Стой, – торможу уходящего Филина. – А ты не знаешь, в Карелию уже отправляли людей?

– Отправляли.

– И?…

– Вернулись.

– Значит, не нашли.

– А потом ещё отправляли. Вторые не вернулись.

– Значит, нашли.

– Как-то так! – с наигранным весельем разводит руками Филин. – На её территории бой заранее проигран.

Значит, Игорь захочет выдернуть её на нашу. Рано или поздно.

* * *"

"Моя тоска по Маре превращается в хроническую болезнь. Она похожа на фантомные боли от ампутированной конечности. А мы с ней едва сутки провели вместе. И с каждым месяцем мне всё сложнее убедить себя не участвовать в её поисках. И вот несколько дней зашкаливающей тревоги и тоски – и наутро похмелье, лежащая рядом женщина и телефонный звонок.

Гала…

Нашариваю в кармане валяющихся на кресле штанов купюры, отвечаю параллельно на звонок. Гала на днях должна уже родить. А я давно не звонил ей. Сердце тревожно бьётся, поднимаясь к горлу. Когда она родит, наше положение может измениться. Я не уверен, что это ребёнок Артура. Но Гала отказывается реагировать даже на намёки на эту тему.

– Да.

– Привет, брат.

– Привет, Гала. Ты как?

– В ожидании. Кстати об этом. Наша… подружка не появлялась?

Несколько секунд соображаю.

– А почему ты спросила?

– Она мне кое-что обещала. Кое-что очень важное. И срок пришёл. Срок уже прошёл на самом деле!

– Ты уверена, что она появится?

– Я не знаю. Но она обещала мне! Если она не появится… – затихает голос Галы.