Сезон охоты

Прокручиваю в голове, какую информацию слить, а какую можно безопасно замолчать, чтобы Мару не нашли. Я не чувствую её как угрозу нашей семье. Уверен, Игорь тоже. Он хочет её как оружие! Хочет этот эксклюзив себе. Уж не знаю, чем она может быть ему полезна, но я не хочу, чтобы он поймал её.

Из открытых окон напротив несутся обрывки очередного скандала. Выстрел. Подрываюсь с кровати.

– Обдолбанный ублюдок! – крик сестры.

Выдыхаю. Не в неё…

Артур что-то пренебрежительно отвечает ей. Деталей не слышу. Я и не хочу слышать. Самого факта достаточно, чтобы приподнятое сном настроение рухнуло вниз. Агрессия в их голосах нарастает. Плотнее закрываю окно. Задвигаю шторы. Гостевой дом соединён с их коттеджем оранжереей.

– Машенька, сейчас очень быстро исчезни, ладно? Охрана вызовет машину. Это на такси… – достаю несколько крупных купюр, кладу на тумбочку.

Мой о*уевший деверь в последнее время потерял границы допустимого. И да, я не могу просто так взять и рас*ерачить ему лицо за то, как он ведёт себя с Галой. Все в курсе, что их брак – хе*ня полная. Но старшие ждут наследника. Общего внука. Развод допустить нельзя. Это разрушит всю сложную паутину договорённостей между нашими семьями. А если снова начнётся раздел территории и война…

В таких вот «военных» действиях погибли и моя мать, и очень много близких. Возможно даже по приказу Игоря Васильевича. Она тоже была заложницей. А предупредительный выстрел всегда в заложника. Я был совсем маленький и не помню тех событий. И я как-то выжил. Меня вырастила Гала. Отец был занят организацией и очередной моей мачехой.

Ругань становится громче.

Артур выше меня по положению. Я его подчинённый. Но я не могу игнорировать такие вот его периодические вые*ки!

Отодвинув рукой висящие в арке бусы, заглядываю в гостиную. С пренебрежительной усмешкой Артур целится в лицо сестре. Её глаза опасно прищурены, а губы вздрагивают. На стене пятно крови, на полу – застреленная сиамская кошка Галы.

– Давай, повтори это ещё раз.

Он смотрит на сестру своими безэмоциональными рыбьими глазами. Его рука всё ещё перемотана бинтами. Укусы пираний, которыми развлекла нас Мара, заживают плохо.

– Артур, опусти ствол.

– Мм… Щенок прибежал, – переводит он ствол на меня. – Будешь тявкать – я эту суку и тебя…"

"Я вижу, что курок не взведён, и заламываю его руку, аккуратно впечатывая лицом в стол. Выламываю пистолет из пальцев, он летит на пол.

Артур на голову меня ниже и физически гораздо слабее. И его бесит этот факт! Он привык воспринимать меня, как малого. Ему всегда доставляло удовольствие дрочить меня. Когда-то, ещё по юности, я запал на одну танцовщицу – он забрал её себе. А потом, когда надоела, подчистил за собой. И меня это ранило тогда, да.