Сезон гроз

Это отчасти и моя заслуга, поскольку благодаря своей ловкости именно я и направил Геральта в Равелин. А на следующий день именно я, и никто другой, спроворил Геральту новое оружие. Не мог смотреть, как он ходит безоружным. Скажете, что ведьмак никогда не бывает безоружным? Что это обученный любому бою мутант, вдвое сильнее обычного человека – и в десять раз его быстрее? Что он вдобавок еще и магией владеет, своими Знаками, которые суть весьма неслабое оружие? Верно. Но меч – это меч. Геральт все повторял мне, что без меча чувствует себя голым. Вот я его мечом и препоясал.

Пратт, как вы уже знаете, отблагодарил нас с ведьмаком финансово, не слишком щедро, но достаточно. Назавтра с утра, как Геральт мне и поручил, я поспешил с чеком в филиал Джианкарди. И отдал чек на инкассацию."

"Стою, осматриваюсь. И вижу, как кто-то внимательно приглядывается ко мне. Женщина, не старая, но и не молодка, в одежде изящной и элегантной. Для меня привычен восторженный женский взор, мою мужскую и хищную красоту многие из женщин полагают неотразимой.

Дама вдруг подходит, представляется Этной Асидер и говорит, что знает меня. Эка невидаль, меня все знают, слава обгоняет поэта, куда б он ни направился.

– До меня дошла весть, – говорит она, – о злом происшествии, что приключилось с твоим другом, господин поэт, с ведьмаком Геральтом из Ривии. Знаю, что утратил он оружие и нуждается в новом. Знаю также, как непросто отыскать хороший меч. Так уж случилось, что я подобным мечом располагаю. Остался от мужа-покойника, да смилуются боги над его душою. Как раз я зашла в банк, чтобы оный меч перевести в деньги, поскольку – что вдове с меча? Банк меч оценил и желает принять его на комиссию. Мне же, увы, до крайности надобны живые деньги, так как следует оплатить долги покойника, иначе загрызут меня верители. И вот…

После слов сих берет дама сверток из адамашки и оный меч из свертка вынимает. Чудо, скажу я вам. Легкий, словно перышко. Ножны изящны, рукоять – в ящеровой коже, эфес золоченый, в рукояти яспис размером с голубиное яйцо. Достаю его из ножен – и глазам своим не верю. На клинке, аккурат над эфесом, клеймо в виде солнца. А сразу над ним – инскрипция: «Не доставай без причины, не вкладывай без чести». Значит, клинок откован в Нильфгаарде, в Вироледе, месте, славном на весь мир оружейными кузницами. Притрагиваюсь к острию кончиком пальца – словно бритва, говорю вам.

Но поскольку я не лыком шит, вида не подаю, равнодушно гляжу, как вьются банковские клерки, а какая-то бабка медные ручки полирует.

– Банк Джианкарди, – говорит вдовушка, – оценил меч в двести крон. На комиссию. Однако если за наличность на руки, отдам за сто пятьдесят.

– Хо-хо, – я ей на то, – сто пятьдесят это изрядный мешок денег. За столько и дом можно купить. Если небольшой.