Северное сияние

— Йорек, миленький, — покаянно зашептала девочка, — я… я даже не знаю, как я могла это сделать… Ты должен будешь биться на поединке с Йофуром Ракнисоном, но ведь ты так устал, и панцирь твой… Как же я могла… Что я наделала…

— Что ты наделала? — Йорек недоуменно смотрел на Лиру, не понимая, о чем идет речь.

— Я сказала Йофуру, что ты идешь сюда. Понимаешь, я это по веритометру прочитала. А он… он бы все на свете отдал, лишь бы у него альм был. Он хочет быть как человек. Вот я его и обдурила. Он теперь думает, что я — твой альм, но ты мне, дескать, надоел, и я решила перебежать к нему, но для этого он должен победить тебя в поединке. Йорек, миленький мой, дорогой, ты только не сердись на меня, пожалуйста, но у меня правда не было другого выхода. Тебя бы даже не подпустили к Свальбарду, это точно. Просто дали бы залп из огнеметов, и все, вот мне и пришлось…

— Ты перехитрила Йофура Ракнисона? — медленно переспросил Йорек.

— Да! И он согласился, ну, в смысле, ему пришлось согласиться на поединок. Понимаешь, иначе они бы убили тебя, как изгоя. А так он будет с тобой биться, и победитель станет королем панцербьорнов. Только не сердись. Прости меня, я не хотела…

— Как, ты говорила, тебя зовут? Лира Белаква? Неправда. Отныне имя тебе Лира Сладкогласка. Нет вести слаще, чем та, что ты принесла. Этот поединок — единственная моя мечта. Вперед, крошка альм!

Лира робко подняла глаза на Йорека. Он стоял перед ней, отощавший, в старом помятом панцире, но готовый к яростной схватке, и девочка чувствовала, что сердце ее переполняет гордость.

Плечом к плечу шли они к громадине дворца, где у подножия мрачных стен их ждала ровная, чисто выметенная арена. Сверху, из-за зубчатых бойниц, на них смотрели медведи. Их белые морды маячили в каждом окне. Словно сплошная завеса тумана, они плотным кольцом окружили поле будущей битвы, только черные пуговки глаз да носов отчетливо выделялись на белом фоне. Едва Йорек и Лира приблизились, как панцербьорны расступились на шаг, образовав два узких прохода: для изгоя-медведя и для его альма. Взгляды всех присутствующих были прикованы к ним.

Йорек замер в дальнем конце арены. Владыка Свальбарда одним прыжком перемахнул через бортик из плотно утрамбованного снега, и теперь противников разделяли лишь несколько метров снежного поля.

Лира стояла к Йореку настолько близко, что видела, как вибрирует от напряжения каждый его мускул, подобно тому, как вибрирует динамо-машина, вырабатывая мощные яндарические волны. Девочка легонько коснулась его холки, где между пластинками панциря зияла щель, и шепнула:

— Миленький мой, дорогой, я знаю, ты победишь! Ты настоящий король, ты, а не он. Он — пустое место, ничтожество.

Теперь ей оставалось только ждать.