Последняя буква Севера. Книга вторая

 – Слушай, завтра оденься во все черное, пожалуйста.

– Зачем?

– После занятий мы поедем на кладбище и будем официально хоронить твой бездарный сарказм и завышенные представления о твоем прессе.

Рассмеявшись, Джейк ловит пальцами мой подбородок, а затем целует. Неспешно, нежно и глубоко. И в этот момент, когда в животе появляется щекотливое чувство, словно лечу вверх-вниз на «Молнии», я понимаю, что готова простить ему любой сарказм.

Я завидую тому, с какой легкостью он действует. Целует меня прямо посреди парковки, будто это нечто обыденное, то, что мы делали уже множество раз. Боюсь, мне потребуется время, чтобы привыкнуть к тому, что можно спокойно проявлять свои чувства и прикасаться к Джейку тогда, когда мне этого захочется.

Решаю попробовать прямо сейчас и, обняв его за шею, провожу кончиками пальцев по теплой щеке.

– Может, прогуляем? – спрашивает он сквозь поцелуй. – Какой смысл идти на химию, если ты все равно ничего не понимаешь? Поверь, тебе совсем не нужна школа, Рамирес.

Смеюсь прямо в его губы, а затем раздается хлопок, заставляющий меня вздрогнуть. Через лобовое стекло с водительской стороны на нас смотрит Ник Ровер, он улыбается, несмотря на разбитую нижнюю губу."

"– Знаете, это унизительно. И оскорбительно. Неуважительно. – Ник взмахивает рукой. – Черт, Джейки, скажи уже хоть что-нибудь, у меня заканчиваются наречия.

– Что именно унизительно, неуважительно и оскорбительно? – спрашивает Джейк, опустив стекло.

– То, как я узнаю о вас двоих. На парковке, да еще и случайно. Я думал, что друзья делятся друг с другом такими вещами.

– Прости, я испортил сюрприз, думал сообщить тебе на девичнике, когда мы будем пересматривать «Дневник памяти», обсуждать Райана Гослинга и заплетать друг другу косички.

Ник останавливается у водительской дверцы и, наклонившись, упирается локтями на опущенное до упора стекло.

– Ладно, если Рэм и Олли не в курсе, то тогда я не обижусь.

– Кто сказал, что мне вообще не все равно на твои чувства, Ники? – выдыхает Джейк, откидываясь на спинку сиденья.

– Мне сказали это твои красивые карие глаза. Кстати, буквально на днях слышал, как одна девчонка на полном серьезе сказала, что у тебя оттенок глаз как у Джастина Бибера с примесью Эдварда Каллена, а потом они с подругой создали вашего ребенка в нейросети, но, если честно, – он морщит нос, – малыш получился жутким.

Глядя на друга, Джейк нажимает на кнопку, поднимая стекло вместе с его руками, и Ник отступает.

– Кто тебя так? – спрашиваю я, касаясь своей нижней губы.

Ник не отвечает, глядя на поднятое стекло как на звуконепроницаемую стену, а затем стучит. Джейк снова нажимает кнопку.

– Завистники. Ударили за то, что я слишком красивый.

– Боже мой, – я прикладываю ладонь к груди.