Север в сердце

– Франклин Рузвельт, да, Ваал?

Его лицо стало другим: глаза округлились, лицо побелело, на висках проступили вены, крылья носа стали широкими. Сквозь сжатые зубы он выдавил:

- Кто ты? Когда ты попала сюда?

- Две тысячи семнадцатый. Когда я попала сюда, президентом был афроамериканец Барак Обама. Там сейчас все другое.

Он стоял, глубоко дыша, наклонился к ведру, зачерпнул из него кружкой и начал жадно пить.

- О чем вы говорите? – попытался влезть в наш диалог Орус.

- Я потом объясню, - едва сдерживая свой гнев ответил Ваал.

- Давай, повесь нас, и ты никогда не узнаешь, как вернуться обратно, а там сейчас слишком хорошо, чтобы оставаться здесь, - бросив эту информацию ему прямо в лицо, я отвернулась, и наткнулась на лицо Драса. Он был до смерти перепуган, и смотрел на меня с ужасом.

- Говори, что ты знаешь, говори, - кричал мне в спину Ваал, но я отошла в угол и не поворачивалась к нему.

Я почувствовала, что Ваал пытался поймать меня, и Драс встал между нами. Орус с криком вывел его из дома. Я тяжело дышала, и на глаза наворачивались слезы. Я ненавидела Ваала, и одновременно мне было его жаль – он был частицей моего прежнего мира, в котором осталась дочь, остались мои родители, мой муж и мои друзья. Он был из другого времени, но он ходил по той же планете.

Драс тряс меня за плечо, а я плакала в углу, стоя на коленях:

- Ты говорила, что знаешь, как вернуться? Это правда, Сири, ты знаешь? Ты собираешься вернуться?

- Нет, Драс. Я сказала это потому что он хочет вернуться. Там, в той жизни я, скорее всего, умерла. Не знаю почему, не знаю от чего. Как и он, скорее всего, - я повернулась к нему и продолжила: - Здесь мой дом, здесь мои дети и здесь ты. Я обманула его, чтобы отсрочить нашу смерть, и дать нашим людям больше времени, чтобы победить. Я люблю тебя, - я обняла его, но рыдания все еще сдавливали горло.

- О чем вы с ним говорили, - Бор смотрел на меня как на инопланетянку.

- Я не смогу тебе объяснить, Бор. Нам пока остается только надеяться, что у Ваала в голове спутаются все его планы после того, что сказала ему я.

- Что ты знаешь? Там был Дар? – к нашему разговору присоединился Гор.

- Да. Я надеюсь, они что-то придумали, но я не тороплюсь попасть на виселицу, кстати, здесь когда-нибудь вешали людей?

- Как?

- Ну, веревку надевают на шею, и при толпе людей, скидывают ноги с табурета. Делали так?

- Нет, - выдохнул Бор. Кидали в тюрьму, рубили голову, если кто-то убивал, но делали это в тюрьме."

"- Виселицу принес в этот мир Ваал.

- В этот мир? –  переспросил меня Гор, и я пожалела, что так много лишнего сказала при этих двоих, но сейчас меньше всего на свете мне хотелось следить за языком.

- Хорошо, но я заметил, что Ваал испугался. Он вошел сюда как победитель, а вышел, как побитая собака.