Север

Вдалеке послышался не то вой, не то рычание, только оно не было злобным, а скорее потерянным и таким горьким, что я разрыдалась лишь еще сильнее, понимая, что мне не сможет помочь даже мой верный защитник...последующий рев и грохот были ужасными, и я испуганно замерла, прислушиваясь к лесу и видя, как сокрушенно покачал головой Север, глухо прошептав:

- Не нужно, Мия...Янтарь слишком привязался к тебе. Он страдает вместе с тобой, но не сможет помочь тебе, девочка...Лютый не пустит его...а если он попытается пройти, - Север на секунду замолчал, но я отчетливо поняла, что Янтарю не поздоровится, - ...я не хочу, чтобы Янтарь пострадал. Понимаешь?...

Всхлипнув, я кивнула, почувствовав такое вселенское одиночество и беспомощность, что внутри меня словно что-то сломалось. Словно все силы затянуло в воронку беспомощности и обиды, когда Север склонился надо мной, воспользовавшись моим ступором, чтобы припасть к губам.

- Пожалуйста, не сопротивляйся... - прошептал он дрожащими губами в мои губы, и я чувствовала, как дрожит его большое тело крупной дрожью, словно он боялся не меньше меня, - попытайся расслабиться...

Я ошарашено замерла лишь на секунду, почувствовав, что пальцы Севера осторожно исчезли из моего тела, и к складочкам прикоснулось что-то иное...напряженное, горячее и большое. Слишком большое, черт побери, что чуть толкнулось вперед, заставляя меня отчаянно пытаться сжать колени, если бы между ними не лежал Север. Он не торопился двигаться, нависнув надо мной и замерев дрожащим телом, тяжело сглотнув, так, что его кадык подскочил к челюсти и резко опустился вниз. Его тело было влажным от пота и мощные плечи, нависшие надо мной, сотрясались от крупной дрожи, когда Север решительно свел черные брови, наклонившись и снова припав к губам, как бы сильно я их не сжимала, словно умоляя о прощении...

Как бы я не готовилась к предстоящему, я не могла поверить, что боль может быть такой острой и живой, закричав пронзительно и жалобно от первого толчка, когда в мое тело вошло нечто, буквально разрывая на множество пульсирующих болью, обжигающих осколков. Я кричала в губы Севера, который на секунду замер, приглушенно зарычав и задышав часто-часто, врываясь своим языком в мой рот, словно одной захваченной части тела ему было мало.

Я кричала, слыша вой беров вдалеке - пронзительный и такой же жалобный, как мой крик о помощи, который они слышали, но не могли помочь. Впрочем, было уже слишком поздно...."

"-Тише-тише... - зашептал снова Север в мои губы, целуя осторожно и горячо, иногда порыкивая, и дрожа от попыток сдержаться, замирая после каждого толчка - такого же осторожного и плавного, каким были его губы... только это все-равно не спасало от боли.