Север и Юг

Шагая по узким грязным улицам, она задумалась о том, что забота о бедной больной девушке наполнила их жизнь смыслом.

Было заметно, что ее ждали, и Мэри Хиггин, младшая сестра Бесси, даже пыталась навести порядок: пол в середине комнаты выглядел почти чистым, хотя под стульями, столом и возле стен осталась пыль и грязные участки. День выдался жарким, однако камин пылал, и оттого дом напоминал раскаленную печь. Маргарет не поняла, что щедро расходуя уголь, Мэри хотела так выразить свое гостеприимство, и решила, что это для Бесси, которую, возможно, знобит. Больная лежала возле окна то ли на большой подушке, то ли на маленькой тахте. По сравнению со вчерашним днем она казалась очень слабой и усталой: как выяснилось, девушка, заслышав шаги, то и дело вставала, чтобы посмотреть, не Маргарет ли это. И вот теперь, когда та наконец пришла, лежала неподвижно, молча, умиротворенно глядя на подругу, касаясь кончиками пальцев ее платья, не уставая восхищаться тонкостью ткани.

— Никогда не понимала, почему в Библии люди так любят мягкие одеяния. Наверное, приятно наряжаться так, как вы, — необычно. Все благородные дамы носят слишком яркие платья, аж в глазах рябит, а ваш ласкает взор. Где вы его купили?

— В Лондоне, — с улыбкой ответила Маргарет.

— Лондон! Вы были в столице?

— Даже несколько лет там жила, хотя дом мой всегда оставался в деревне, на краю леса.

— Расскажите, пожалуйста, — попросила Бесси и, опустив голову, закрыла глаза, скрестила руки на груди и замерла, словно боялась пропустить хоть слово. Люблю слушать о деревьях, полях и цветах.

Уехав из Хелстона, Маргарет еще ни разу не рассказывала о родной деревне — разве что лишь мимоходом упоминала название, — но во сне часто видела любимый край более отчетливо и ярко, чем он был наяву, и даже навещала самые уютные уголки. Сейчас сердце открылось навстречу нежной просьбе.

— Ах, Бесси, я так любила дом, который пришлось покинуть! Если бы только ты могла увидеть его своими глазами! Словами не передать даже сотую долю его красоты. Дом утопает в зарослях высоких деревьев, и ветви их в жару дарят свежую тень. Даже в безветреные дни в отдалении слышится умиротворяющий легкий шелест. В погожие дни трава у дома мягкая и гладкая, как бархат, а в ненастье пропитана влагой из почти незаметного, тихо журчащего ручья. Под деревьями растут раскидистые папоротники — целые поляны: одни ярко-зеленые, а другие с золотистыми полосами солнца на ажурных листьях. Совсем как море.

— Никогда не видела моря, — прошептала Бесси. — Но продолжайте.

— Здесь и там кроны деревьев пронизывают солнечные лучи и просвечиваетголубое небо.

— Как хорошо! — вздохнула Бесси. — Простор. А вот я постоянно задыхаюсь.