Севастопольский блиц

Они ничего не берут у людей, а только дают, и, следовательно, их деятельность не порицается, а, напротив, поощряется. Теперь вам понятно?

– Да уж, леди, – выдохнул принц Альберт, садясь на подвернувшийся пуф и ставя маленького Леопольда на ножки, – наговорили вы тут столько, что голова кругом идет. Но почему-то я вам верю, сам не знаю почему.

Хлоп! И прямо перед принцем Альбертом возникает Лилия во всем великолепии своего древнегреческого наряда. А уж какие лица были у королевских детишек! В цирке им точно такого не покажут. Ну вот и весь бомонд в сборе…

– А это потому, милейший принц, – возглашает Лилия, назидательно подняв кверху указательный палец, – что и вы сами, и ваши дети тоже находились под влиянием злого колдуна, даже двух. Магическая болезнь под названием «порча» у вас налицо. Вы посмотрите, какие унылые у вас лица, опущенные носы и плечи! и в то же время какой цветущий вид у воспитанников и воспитанниц Артанского князя Серегина и любезной Анны Сергеевны. А ведь это один из важнейших показателей враждебного воздействия…

– Кстати, Ваши Высочества, – сказала я, – позвольте представить вам доселе неизвестную древнегреческую богиню Лилию, дочь Афродиты, основной специализацией которой являются юношеские и подростковые любови, а в свободное от этих обязанностей время она еще практикует как очень хороший врач. Я, конечно, хотела бы попросить ее осмотреть вас на предмет состояния здоровья, но только мы это сделаем чуть позже. Однако сражу скажу вам: если Лилия не способна вылечить какую-то болезнь, то, значит, эту хворь не способен вылечить никто.

– Я не лечу только смерть, – буркнула Лилия, – но за эту дрянь не берется даже дядюшка, хотя он мощнее меня в пятьсот миллионов раз. Но у меня как раз сейчас выдалось немного времени, так что давайте приступим. И попрошу не переживать за оплату. Все манипуляции производятся за счет принимающей стороны, в счет моего сотрудничества с Артанским князем Серегиным…

– Очень приятно, мисс Лилия, – вздохнул принц, очевидно, вспомнив о своих многочисленных болячках (которые и свели его в могилу всего через шесть лет), – но только скажите – каких злых колдунов вы имеете в виду, когда говорите о нашей семье?

– А то вы не понимаете, – всплеснула руками Лилия, – первый из этих колдунов – виконт Пальмерстон, сосет соки не только из Англии, но и из половины мира. Но его уже допрашивает наш главный гестаповец герр Шмидт, после чего, узнав всю подноготную закулисного заговора, мы просто отправим этого персонажа на костер. Гори он огнем, гнусный мизерабль!!! Второй колдун, или, точнее, колдунья – это ваша собственная супруга. Она одержима дьяволом, который пробрался в нее, когда она страдала от несчастной любви к русскому принцу Александру.