Севастопольский блиц

Обычный хирург в ваше время, скорее всего, потерял бы больного из-за развившегося сепсиса, да и у нас, несмотря на применение антибиотиков, благоприятный исход тоже не был бы гарантирован на сто процентов. В то же время обычный маг жизни не сумел бы правильно управлять заживлением ранения такой сложности, и его пациент, скорее всего, погиб бы из-за непроходимости кишечника…

– Ну, я бы с этим непременно справилась! – вскинула голову девочка, – подумаешь, кишечник. Вот когда мозги вдребезги разносит, это действительно сложная работа…

– Лилия, – строго сказала женщина, – не равняй себя с обычными, даже очень сильными магами жизни. Ведь ты у нас богиня, а это значит, что им до тебя как до Пекина пешком, причем прямо отсюда.

Боске слушал эти разговоры и понимал, что говорят эти люди совсем не по-французски, и лишь когда фраза закончена, чей-то бесплотный голос переводит чужие слова прямо ему в уши. При этом никто не выведывал никаких военных тайн и не задавал вопросов, обычных при допросе вражеских пленных. Для этих людей он был только тяжелым пациентом, которого удалось вырвать из лап у смерти. Возможно, время допросов придет потом, но Боске уже начал подозревать, что все его тайны уже давно никому не интересны, потому что вся французская армия потерпела такое же поражение, как и его бригада зуавов…

И только тут до него дошло, что он лежит совершенно голый под множеством женских взглядов… Несмотря на общую бледность, он тут же густо покраснел.

Первой эту красноту на его лице заметила девочка, которую, кажется, звали Лилией.

– О, – захлопала она в ладоши, – храбрец Боске покраснел, как это мило! Смотрите, Галина Петровна, мужчина он неженатый, сейчас влюбится в свою спасительницу до глубины души, а потом падет к вашим ногам с предложением руки и сердца.

– Лилия, не ерничай! – строго сказала Галина Петровна, и, повернувшись к Боске, добавила: – Не смущайтесь, месье. Лицезреть обнаженных пациентов – это моя профессиональная обязанность. Тем более что вы к нам, можно сказать, прямо с того света – а значит, по определению должны быть наги как младенец, да и схема лечения требует погружения в волшебную воду полностью разоблаченного тела. Но эта егоза права в том, что мне приятно видеть, как те, кого я оперировала своей рукой, становятся на путь выздоровления…

– Так это вы меня вот так, – Боске, продолжая краснеть, указал на свой живот, – заштопали…

– Да, я, – подтвердила Галина Петровна, – потом, не забудьте напомнить, я выдам вам на память те сто грамм чугунного лома, что мне пришлось вытащить из вашего живота прежде чем начать его шить.