Сводная сестра для мажора

— Отпусти!

— Ты чё творишь, дрянь? Подружку спасти решила, а о себе не подумала? Ты хорошенькая… — Его влажный язык касается моей щеки, и меня передёргивает от отвращения.

— А вот это ты зря, Мир.

Я опять вскрикиваю и вырываю руку из захвата Гейдена как раз в тот момент, когда кулак Чернова знакомится с его лицом.

Мирон от неожиданности пошатывается и, не удержав равновесие, приземляется обратно на диван, потирая челюсть рукой. Трясёт своей тёмной головой, пытаясь сфокусировать взгляд на Чернове.

— Фу, — произношу, брезгливо вытирая щеку от чужих слюней краем своей футболки, и с благодарностью смотрю на Мишу. — Спасибо… ты почти вовремя.

Дыхание сбилось. Грудь быстро вздымается и я ощупываю глазами Мишу. Красивый как черт.

— Не думал, что у вас здесь настолько весело, — ухмыляется он в ответ, откидывая со лба волосы.

Мне хочется запрыгнуть на него с разбега, обвить руками шею и впиться в мягкие губы поцелуем. Вместо этого глупо улыбаюсь, немного позабыв, где и почему нахожусь.

— Кать… мне нехорошо, — плаксивый голос Нади возвращает меня в реальность.

Альберто успел закутать её в свою рубашку и, брезгливо поддерживая за талию, помогает ей подняться на ноги. Выглядит подруга и правда фигово. Тушь расплылась, помада с губ наполовину съедена, на капроновых колготках зияет огромная дыра.

Обвожу гневным взглядом притихшую толпу. Телефонов в руках ни у кого не вижу и немного выдыхаю."

"— Кать, давай пошевеливайся. Забирай эту, — говорит Миша, протягивая мне ключи от машины, и кивает подбородком на не очень твердо стоящую на ногах Надю, которая делает страшные глаза и прижимает ладонь ко рту. — И уходите отсюда. Порш стоит во дворе. Я сейча…

Замечаю какое-то шевеление сбоку и…

— Миша!

Попытка предупредить проваливается, потому что Чернов только успевает обернуться, как тут же получает удар в живот от Мирона.

Я морщусь и охаю, как и все девчонки в комнате, наблюдая за дракой.

— Куда это ты собрался, Чёрный? — елейным голосом интересуется Гейден. — Ты ведь только пришёл.

Мирон наносит серию хорошо поставленных ударов. Его лицо искажается гримасой злости и какого-то дьявольского удовольствия. Парню определенно нравится то, чем он сейчас занят.

С немым ужасом наблюдаю, как Миша сгибается пополам. Оседает на пол, упираясь в него одним коленом, и поднимает на меня глаза. Мне страшно. За него страшно!

Внутренности скрутились жгутом и заморозились. Одно лишь сердце ходит ходуном и стучит как бешеное, собираясь пробить в рёбрах дыру!

А я стою как идиотка и не знаю, что мне делать!

Почему он не сопротивляется?! Почему терпит?

Перевожу взгляд то на Надю, привалившуюся к стене, то на Мишу… и, кусая губы не знаю, как разорваться.

Для меня выбор довольно очевиден.

— Уходи… — сипит Чернов.