Сестра ночи

Мы лечили огромное количество волдырей, ссадин и порезов. На побережье оказалось недостаточно машин, и многим пришлось идти пешком. Одна ведьма, чьими ранами занималась Маэль, сообщила нам, что Эш не захотел разделяться со своими людьми и тоже отказался от комфорта автомобиля.

До сих пор я так и не встретила его в этой суматохе, однако со всех сторон слышала только хвалебные гимны и не могла дождаться, пока его увижу. Мне хотелось, чтобы между нами все снова стало как прежде, пускай я и не разделяла чувств, которые он ко мне испытывал, Эш все-таки был одним из самых важных людей в моей жизни. Он вышел мне навстречу, когда я несла из замка свежие бинты. У нас не получилось окончательно помириться, и, наверно, я должна все еще злиться на него, потому что он знал, что София заблокировала мою магию. Но я не могла. Слишком обрадовалась тому, что он жив и здоров. Поставив корзину с перевязочными средствами на землю, я направилась к нему.

– Вианна. – На его лице промелькнула неуверенность, хотя он теперь занимал пост главы Конгрегации, что во время нашего отъезда из Гластонбери, наверное, вряд ли мог себе даже представить.

Я сделала еще один шаг, сомневаясь, можно ли просто его обнять. Слишком много всего произошло.

– Я надеялась, что ты вернешься и поддержишь нас.

Он улыбнулся одним уголком рта:

– После твоего письма я не мог отказаться. Но и так не отказался бы. У тебя все хорошо? – Его голос звучал мягко и ласково.

– Со мной все в порядке. А ты стал знаменитостью. Каждый в этом лагере поет тебе дифирамбы. – Каштановые волосы Эша слегка отросли, но тонкие, правильные черты лица и умные, чуть раскосые глаза все еще казались мне родными. Однако в этих глазах светилась новая зрелость. Всему виной ответственность, которая легла на его плечи. Сотни колдунов и ведьм рассчитывали на его мнение и решения. Не самая легкая ноша для молодого парня.

Эш ответил смущенной улыбкой.

– Никто не хотел занимать должность главы Конгрегации. Поэтому у меня не осталось выбора. Я очень за вас волновался, пока вы были на Керисе, но абсолютно ничего не мог для вас сделать. – Сожаление отразилось у него на лице. – Прости меня.

– Не извиняйся. Все нормально. Не дать развалиться Конгрегации и руководить ей куда важнее. И тебе удалось очень многих убедить последовать за тобой. Поздравляю.

– Они дождаться не могли, чтобы вступить в битву, – подтвердил он мои предположения. – Боюсь, многие не осознают, что их ожидает, пусть я их и предупреждал. Я рассказал им, как погибли Михаил, София и Лоренс. Но из-за этого к нам примкнуло даже еще больше добровольцев.

– Все лучше, чем подчиниться судьбе и ничего не делать. Мне жаль их троих, но они понимали, во что ввязывались. И мы все тоже это понимаем.