Сестра ночи

Раздался рев, и Калеб изверг струю огня в небо. Внезапно мы с Маэль оказались между богинями. Поплыл туман и скрыл нас от взглядов мужчин. Четыре женщины бормотали заклинания, которых я не знала, однако сейчас повторяла их слова, будто они давно были частью меня. Будто моя душа произносила эти слова уже сотню раз. Керидвен и Бригида взяли за руки меня, а Морриган и Арианрод – Маэль. Двенадцать рук вытянулись к небу, и магия переплеталась с тьмой и солнцем, с музыкой и тишиной, с тенями и светом. Мы стали единым целым с миром и временем. Зелье Керидвен огромным мерцающим фонтаном ударило в небо. Ночь умерла, и пророчество наконец исполнилось. Не успела я додумать эту мысль, как вдруг из котла вылетел дракон. Великолепное розовое создание расправило крылья и взмыло ввысь. Калеб опять заревел так громко, что его наверняка услышали во всех уголках земли. Затем выплюнул в воздух сноп огня. На нас пролился звездный дождь, разрушивший заклятие, так что он смог полететь за Эме.

– Она превратилась в дракона? – Маэль, не веря, смотрела Эме вслед. – Вы серьезно? – Она вырвала свои ладони из рук богинь.

– Смерть – это лишь начало, – повторила Бригида слова своей сестры. – Они имели право быть вместе. Душе не важна форма. Это было ее решение.

Керидвен в абсолютном восторге глядела на них.

– Я была не до конца уверена, что это сработает, – призналась она. – Гвион постоянно перевоплощался во что-то еще. Просто тогда я была слишком молода.

– В результате ты его сожрала. Если собираешься сделать это и с Эме… – Пока Маэль не начала угрожать, я перебила ее.

– Кем они оба были раньше? – спросила я с удивлением, шоком и облегчением. Эме не умерла. Она просто изменилась. Эме и Калеб принадлежали друг другу – всегда.

Аарванд обнял меня рукой за плечи. Туман рассеялся, и теперь он тоже смотрел вслед двум драконам.

– Они были Ланселотом и Гвиневрой, а еще Урбеном и Камиллой, так? Вы хоть когда-нибудь думали о счастливом конце для них?

– Он очень умный мужчина, – подмигнув, сказала мне Бригида. – Оставь его себе. Умные мужчины – редкость.

– Урбен – реинкарнация Ланселота? – переспросила я. Естественно, я его оставлю… если это сейчас возможно?!

– То есть у Камиллы и Гвиневры тоже одна и та же душа?

Снова кивок. В этот раз чуть более виноватый.

– Но тогда это означает, что Ланселот и Гвиневра – наши предки?

– Можно и так сказать, – подтвердила Бригида. – Но только их души, не тела.

– Это у нас очень изящно получилось, не то чтобы я сама нас хвалила, – ответила Морриган. – Вам с Аарвандом требовалась помощь в Камелоте.

– А это счастливый конец, как мне кажется. – Керидвен указала на небо, где очень близко друг к другу летели Калеб и Эме. Богиня выглядела крайне довольной собой. Она похлопала Аарванда по плечу.