Сестра моей жены

Отдающуюся полностью.

Надо привести ее в чувство. У меня на нее сегодня были еще планы.

Отпускаю ее и раздеваюсь сам. Теперь мы с ней на равных. Она все также сидит на комоде и смотрит на меня приоткрытыми глазами.

Я беру ее за попку и несу в душ. У меня большая душевая кабина, так что проблем с реализацией желаний не возникнет.

Прислоняю Монику к стене и чувствую первый признак возвращения ее из состояния нирваны. Она вздрагивает, соприкасаясь с холодным кафелем.

Включаю душ и подставляю Монику под струи освежающей воды.

Моника встряхивается, шире раскрывает глаза и бьет меня по плечам.

- Ник! – возмущается она в ответ на мой смех.

Я ставлю ее на ноги и делаю напор сильнее, а воду теплее. Руки Моники до сих пор на моей шее. Капли воды стекают по ее светлой коже. Она запрокидывает голову назад, подставляя свое лицо прозрачным струйкам. Я наклоняюсь и губами касаюсь ее шеи. Веду языком вверх, как будто слизываю с нее живительную влагу. Чувствую, как набухает член. Кровь опять приливает к нему. Я как будто оказываюсь лет десять назад, когда готов был трахаться круглые сутки. Так на меня действует близость Моники.

Прикусываю ее нижнюю губу и тяну на себя. Потом грубо прижимаюсь губами к ее рту, наматываю на руку ее волосы и впечатываю ее к себе крепче. Ртом, внутри себя, чувствую ее всхлип.

Быстро разворачиваю ее и рукой, обмотанной ее же волосами, надавливаю на затылок, принуждая нагнуться. Моника ладонями прижимается к стенке. Я тяну вверх ее за волосы и она прогибается в спине.

Провожу ладонью по нежным ягодицам, большим пальцем скольжу между ними, на что Моника громко охает и пытается повернуться, но я крепко фиксирую своей рукой ее голову, не позволяя ей сделать лишние движения.

Нажимаю на поясницу и вхожу в нее. Чувствую, как стенки ее влагалища уже припухли и погружение в нее доставляет особое удовольствие. Отпускаю ее волосы и хватаюсь обеими руками за бедра. Движения четкие, резкие.

Моника поворачивает голову и прикусывает свое предплечье. Мои руки перемещаются ей на грудь и одновременно оттягивают оба соска, перекатывая их между пальцами, вырывая из уст Моники всхлипы.

Я накрываю груди ладонями и поднимаю ее к себе. Толкаю к стене и прижимаю своим телом.

Просовываю руку между ней и стенкой и раскрываю ее складочки. Потом опять прижимаю ее к стене и убираю руку.

Теперь каждый мой толчок заставляет ее клитором скользить по рельефному кафелю.

- О, Боже… - доносится до меня сквозь звуки воды, - Господи… Еще, Ник… Сильнее…

Она говорит из последних сил. Я понимаю это по ее интонации и по хрипу, сопровождающему ее голос. Я сильнее сжимаю ее груди и прикусываю в шею. Она кладет руки мне на ягодицы и я ощущаю, как впиваются ее пальцы в мои мышцы с каждым моим ударом. Она как будто сама толкает меня в себя.