Барон Серж де Сангре.

Не гневайтесь, ваша милость, на коленях прошу! – ага, на коленях, что-то я коленопреклонённой позы у этого старого разбойника не наблюдаю.

- Ладно, Пит, забыли. А что изменилось-то?

- Так ведь весточку от вашего батюшки принесли! А там, а там… вот.

Беру листок бумаги, читаю: «Пит, передай моему сыну, что все хорошо. Жду вас обоих сегодня, как зайдет солнце, у Ворот Предателей. Барон де Сангре». Да, вроде все правильно, все верно, вот только что-то мне не нравится. Решаюсь проверить свои впечатления.

- Ясно. Пит, ты же давно знаешь моего отца… как тебе все это? – трактирщик мнется, но в конце концов отвечает.

- Не чисто тут что-то. Я ведь грамоте не обучен, и господин барон это прекрасно знает, сам сколько раз пытался, когда я еще стражником в вашем Замке был… да все бес толку, не дается мне сия премудрость. Раньше, если ему что надо было, он мальчишку присылал, тот мне все и пересказывал. А тут записка. Я полдня по рынку бегал, чтобы мне ее прочли. И еще… по столице ходят слухи, что барон приехал к герцогу с богатыми подарками, дескать хочет обменять свое баронство на что-нибудь поспокойнее и побогаче, он, говорят, для этого всю свою казну выгреб. И еще, недалеко от Ворот Предателей находится здание Магической Гильдии, а у них старый зуб на барона. Вот я и думаю…

- Пит, у тебя же трактир, не очень-то спросом пользуется… за последние два дня чужих много появилось?

- Есть парочка… говорят искатели, мол пришли из Пограничья. Да только не похожи они, уж я-то насмотрелся на НАСТОЯЩИХ. Вот вы, ваша милость, из этой породы и батюшка ваш. А эти двое… скользкие они какие-то, глазки бегают, почти не пьют, только вид делают, к чужим разговорам прислушиваются, драк не затевают и не участвуют, даже в кости и то, не играют.

- Ты вот что, Пит, найди пару пацанов, дай им по серебряной монете и накажи, чтобы за этими двумя проследили. А сам, сделай так, чтобы они чижики услыхали, что ты мол с гостем, после заката по делам уйдешь. Понял?

- А что же тут не понять! Дело знакомое. – сразу заулыбался Одноглазый, а уж когда получил от меня горсть серебра, так и вообще расплылся от удовольствия. – Все сделаю в лучшем виде, ваша милость, не извольте сомневаться.

Ну что же, «вечер перестает быть томным», если мои предчувствия и подозрения Пита оправдаются, если кто-то посмел причинить вред барону, или попытается надавить на него, используя меня, то очень скоро Гард содрогнется в ужасе.

Часа полтора я метался по комнате как раненый зверь, строил планы как буду разбираться с обидчиками, как пройдусь со своими клинками по городу, как буду резать и убивать. Ходивший до этого по комнате в простых штанах и рубахе, я начал лихорадочно одеваться и вооружаться. И стоило мне только застегнуть куртку, кровавые картинки начали блекнуть и развеиваться.