Серый

Как я и говорил, будь у этого дикаря нейросеть, произошла бы отсечка при превышении порогового значения, которое способен обработать его разум, и все обучение для него растянулась бы на неопределенное время. При этом пакеты информации поступали бы в его разум определенными порциями, которые он способен обработать, осознать, изучить и освоить. В этом-то и заключается разница между базами знаний и гипнопрограммами. Базу знаний невозможно внедрить разумному, если у него нет нейросети, в отличие от той же гипнопрограммы. При этом базы знаний сразу фрагментированы и разбиты на небольшие блоки информации, которые постепенно усваиваются разумом. Их изучение контролируется нейросетью, которая следит за степенью освоения материала и его последующей обработкой. И ты не сможешь изучить базу знаний более высокого уровня, пока не обработаешь и не изучишь все блоки информации из базы знаний более низкого уровня. Но…

И видимо, Док замолчал, оглядывая своих слушателей, которым, по-моему, до его высоконаучной речи было глубоко фиолетово.

Но он, будто не замечая этого (а может, так оно и было), продолжил:

– …я залил этому дикарю гипнопрограммы. Именно их почему-то предпочитают использовать сами аграфы. Видимо, в этом есть какой-то скрытый смысл. Не знаю. Но гипнопрограмма усваивается сразу и вся. Она не фрагментирована. И если твой разум смог ее осознать, то он изучит мгновенно весь материал, изложенный или закодированный в ней. Будь это даже гипнопрограммы, разработанные или созданные сполотами или арахнидами, а может, и вообще любыми другими расами, как гуманоидными, так и нет. Главное, чтобы разум смог осознать вложенную в гипнокурс информацию. К тому же гипнопрограммы можно изучить сразу и скопом. Конечно, если твой разум выдержит такой огромный поток неструктурированной и нефрагментированной информации, залитой в твое сознание единовременно. Тут даже наличие нейросети тебя не убережет. В таких случаях обычно даже трех одновременно залитых гипнокурсов хватает для того, чтобы любого хумана свести с ума и превратить его разум в сплошной хаос из воспоминаний, новой информации и того бреда, что будет рождаться в его больном сознании.

И Док как-то странно захаркал.

«Да он же так смеется», – понял я.

– И что? – неожиданно спросил молодой, чья кличка Хиляк, по всей видимости.

«Хм. А кому-то все же интересен рассказ медика», – подумал я. Ну, кроме меня, разумеется. Только я и половины не понимаю из того, о чем идет речь.