Серийный любовник

– Вы ничего не докажете! – проворчал Галактионов.

– Еще как докажем, – пообещал Гуров. – Мы вашу хитрую комбинацию распутали, как клубок. Виток за витком. И про Кефира знаем с его тетрадкой. И про то, как ты Пичагину ребят подбирал. Эксперты, кстати, признали, что твои тексты, которые ты ребятам присылал и склонял их вступить в группу «мстителей», были составлены по всем правилам экстремизма. Показания дают все, так что тебе и признаваться почти не в чем. Пойдешь и без своих признаний по полной на пожизненное.

– А если…

– А «если», тогда посмотрим! – пообещал Крячко. – Уводите задержанного. Участковый, давай соседей сюда.

Когда на диване и на стульях расселись восемь женщин и четверо мужчин – соседи профессора, Гуров произнес:

– Товарищи, дорогие! Мы должны перед вами извиниться за небольшой обман, но поверьте, что вы будете счастливы узнать, в чем этот обман состоит.

Жильцы соседних квартир стали переглядываться, не понимая, о чем говорит этот полковник в полицейской форме и что вообще здесь делает полиция, вон как их много. Нашли, что ли, что-то важное у покойного?

– Только что из квартиры вывели в наручниках вора. Человека, который хотел украсть у профессора фамильные драгоценности его жены. Артур Карлович хранил их как память о супруге. И вы ведь многие помните Зинаиду Васильевну. А преступник, которого мы сейчас здесь задержали, убил вот так уже троих пенсионеров, хранивших в квартире драгоценности. Выслеживал, узнавал, убивал и крал золото. Вот такой страшный промысел, но вы больше не должны беспокоиться. А теперь я вас обрадую…

Соседи снова стали переглядываться: какие еще сюрпризы могут ждать их в три часа ночи? Но полковник улыбался. Улыбался такой хорошей улыбкой, что и они, не удержавшись, заулыбались в ответ."

"– Мы разыграли спектакль со смертью Артура Карловича. А он на самом деле жив и здоров и находится в санатории. Не было здесь тела, и выносили отсюда и увезли на «Скорой помощи» манекен. Нам очень нужно было распространить слух о смерти профессора, чтобы грабитель пришел. А для этого все должно было быть правдоподобно. Вот так!

– Так, значит, Артур Карлович жив?

– Что… правда?

– Старик-то живой, значит!

– Ай да профессор!

Гуров смотрел на соседей, слушал, какой поднялся шум, и думал о том, что все равно он верит в людей, верит в доброе и светлое. Да, много мерзавцев на свете. И он по своей службе сталкивается по большей части именно с такими. Но как же приятно видеть обычную радость, обычную позитивную реакцию. Видеть, как люди радуются тому, что их сосед не умер, что грабителя поймали и что ничего не изменилось в жизни соседних квартир.