Сергей (СИ)

— Я больше не буду, — виноватые и в то же время чистые глаза светились в темноте.

— Будешь звонить и предупреждать?

— Буду.

— Не будешь мальчикам улыбаться и строить глазки?

— Не буду.

— Будешь ждать и любить только меня? — шорох спускающихся брюк.

— Только тебя, — согласилась она, скользнув языком по губам и облизываясь в предчувствии.

— Умница. Давай, Заяц, на коленки спускайся, — он чуть надавил на ее плечо, опуская ее. Почувствовав тепло ее рта, дернулся и, запуская руки в ее волосы, подался вперед.

Облизав последние капли, Дашка встала. И только теперь они начали снимать с себя верхнюю одежду.

— Молодец, Заяц. Постаралась, — он, подтягивая штаны и стаскивая куртку, чмокнул ее в губы. Скривившись, тут же сплюнул, — ум-м, какой гадости ты наелась. Даш, как ты это глотаешь?

Она засмеялась.

— Ну, может, хоть поправлюсь немного.

— Чтобы поправиться, это надо не туда, — заметил Сергей, — вот там разнесет, так разнесет. Пойдем, я еще не ел ничего, как приехал, в отличие от некоторых. Что есть поесть?

* * *

Новый год они встречали вместе, вдвоем. Накануне, по просьбе Даши, взяли ёлку и новогодние игрушки. Она долго с энтузиазмом ее наряжала, и заявила, что на Новый год в доме должно быть много мандаринов. Вечером долго гуляли, заглянули на ёлку, потолкаться вместе с народом. Покатались на горке, побегали в лабиринте. Снующие рядом дети, как ни странно, Сергея не раздражали, но он все равно поспешил уйти подальше от детского городка. Вернувшись, обнаружили под елкой яркий подарок.

Сергей улыбнулся:

— Мне?

Дашка просияла:

— Конечно тебе! Это же твоя квартира. Больше некому.

Сергей оторопел от изумления. Неловко развернул небольшой пакет. Расправил в руках футболку с надписью «Ну, погоди» над дружно обнявшимися волком и зайцем.

Нарочито прокашлялся:

— Заяц! У тебя странные эротические фантазии, — засмеялся. — Ты хочешь меня в этом? — широко хищно улыбнулся и с игривым рыком завалил Дашку на пол.

Там же под елкой они в стонах и вздохах встретили Новый год. Потом голые, валялись в постели, лениво жуя мандарины, бросая шкурки прямо на пол.

Проснулись уже к обеду. У Сергея на телефоне обнаружилось бесчисленное количество пропущенных звонков. Проматерившись, что даже в праздник покоя не дают, перезвонил на некоторые, и завис на беседе с другим континентом. Разговор шел неспешный, размеренный. Сергей, время от времени закуривая, много ходил из комнаты в комнату. Закончив говорить, сел возле Дашки все еще нежившейся в постели.

— Даш, я уеду, — объявил он ей. — Не знаю на сколько, думаю, быстро. Пара недель максимум. Каникулы начнутся — езжай домой к себе, я потом тебя заберу.