Серёжик (без иллюстраций)

Тут же прекратил сыпать холодный град, перестали волноваться дубы и грохотать камни.

Все затихло. Ёжик обнял Гэйдла и почувствовал такую усталость и равнодушие, каких никогда не знал. Мама под землёй! Без неба, без солнца…Серёжик закрыл глаза и прислушался к своему сердцу. Оно, кажется, перестало стучать. «Всю жизнь искать — не отыскать…» Ёжик хотел заплакать, но не было слёз. Хотел заскулить — что-то застряло в горле. И тогда он закрыл глаза, чтобы не видеть мир без мамы.

Стала наваливаться темная дрёма, и хотя Гэйдл несколько раз говорил: «Держись крепче», Серёжику стало всё равно, свалится он или нет. Он заснул, и ему ничего не снилось. Будто вместе с надеждой умерли и его сны.

Орёл заметил, что Серёжик не шевелится, и неслышно опустился на кедр. Там он постучался в дупло, попросил у белки корзинку, и, осторожно переложив туда ёжика, полетел дальше.

С корзинкой в клюве Гэйдл летел двое суток, а Серёжик все не просыпался … Ему не хотелось ни есть, ни пить. Орёл брызгал на ёжика водой из ручья, тормошил и даже дергал за уши.

Но Серёжик безразлично смотрел, вздыхал и закрывал глаза снова. Злым молоточком стучало в нём страшное: «Всю жизнь искать — не отыскать».

— Никак заболел?! — встревожился Гэйдл.

Он закутал ёжика в мох и сухие листья и полетел так быстро, как только мог.

Через день орёл опустился у маленького зелёного теремка, стоявшего под тремя берёзами. Домик с резными цветами на ставнях, с трубой в виде короны, был похож на игрушечный.

— Скорее! — позвонил в колокольчик Гэйдл. — Скорее!

Выбежала Ящерица с глазами цвета жареной картошки, заохала.

На орла было страшно смотреть, так он измучился. Гэйдл внёс корзинку в дом, и, поставив её, в отчаянии воскликнул:

— Он болен разочарованием. Я не успел сказать, что мы летим к Вам, царице подземного царства, что Вы знаете там все ходы-выходы. И он отчаялся… Взгляните…

Изумрудная Ящерица склонилась над корзинкой.

— Ничуть не подрос. — сказала она с удивлением и взяла фонендоскоп.

— В груди бьётся смелое честное сердце. Правда, очень слабо. Но помочь, думаю, можно.

Ящерица стала доставать из шкафа какие-то склянки и порошки. Орёл, помогая, взлетал к верхним полкам.

Наконец стол был заставлен нужными бутылочками и пакетами. Ящерица взяла пипетку и придвинула крошечные весы.

— 5 капель веры в себя, 20 грамм надежды, — шептала она, — 3 сантиметра терпения и песчинка стойкости.

Она ещё что-то сыпала, тщательно взбивала венчиком, пробовала на язык.

И под конец заправила волшебный эликсир одуванчиками и мандариновым соком.

Лекарство было готово. Получилось полчашки.

Ёжика с трудом разбудили, и он равнодушно всё выпил. Потянулись часы ожидания.