Серебряная книга детектива

Он уставился на колышущуюся под сквозняком занавеску и вдруг выпалил:

– Вот как это все было!

– Ты, Мехреньгин, со мной разговариваешь, или с кем-то еще? – удивленно осведомился начальник.

– Извините, Игорь Олегович, я сейчас!

– Куда?! – рявкнул шеф в спину Мехреньгина. – Я тебя еще не отпустил!

Но капитана уже и след простыл.

Он выскочил в коридор и помчался вниз по лестнице в поисках Стукова.

Найти его удалось только в бистро «Три пескаря», где многострадальный Стуков утешался ухой с расстегаями.

– Садись, Валентин! – пригласил коллега Мехреньгина. – Ты чего такой встрепанный?

– Первый раз, что ли?

– Да уж не первый… – Мехреньгин сел напротив Стукова и, нервно теребя край скатерти, спросил:

– Слушай, Вася, у этого Короводского был мотив?

– У Короводского? – Стуков отодвинул тарелку и горестно взглянул на Мехреньгина. – Валентин, ты чего – пришел аппетит мне портить? Нехорошо это! У меня это дело и так вот где сидит! – он провел ребром ладони по горлу. – Да еще теща приехала! Дай хоть пообедать спокойно!

– Ну ты только скажи – был у него мотив?

– Алиби у него! Железное алиби! – проговорил Стуков измученным голосом. – Он с самолета прямиком домой приехал, а во время убийства был в Москве. Никак он не мог жену убить!

– А если бы не было алиби?

– Если бы да кабы… Ну, понятное дело, мужья и жены чаще всего друг друга убивают… Но ты же видишь – вечером она была жива, свидетель ее видел…

– Или думал, что видел… – пробормотал Мехреньгин.

– Вот только не надо этого! – проворчал Стуков. – Тоже мне – Эркюль Пуаро! Проще надо быть! Алиби есть алиби!

– Короче, насчет мотива ты ничего не знаешь?

– Не знаю и знать не хочу! – и Стуков снова принялся за уху.

Мехреньгин вернулся в отделение и выманил в коридор практикантку Галю Кузину.

– Галина! – сказал он, приглушив голос. – Ты никогда не хотела поработать в приличной фирме секретаршей… то есть, как это сейчас называют – офис-менеджером?

– Нет, – честно призналась Галина.

– А придется! – строго проговорил капитан.

– Но Валентин Иванович! – взмолилась Кузина. – Я всю жизнь мечтала работать в милиции! Я что – совсем не справляюсь? – Голос у нее задрожал, и Мехреньгин испугался, что она сейчас расплачется. Женских слез он не переносил.

– Наоборот, ты очень хорошо справляешься! – поспешил он заверить практикантку. – Поэтому я и хочу поручить тебе серьезное дело. Только это должно остаться строго между нами, никто, кроме нас двоих, не должен знать…

Галя смотрела на него сияющими глазами, пока он излагал дело.

– Конечно, я все сделаю, я постараюсь! Валентин Иваныч, вы… вы просто… вы замечательный!

В конце коридора показался Жека.

– Задачу я перед тобой поставил, – строго сказал Мехреньгин.