Сердце Океана

Девушка была талантлива и упорна, к тому же ее благодарность не будет знать границ, когда установят ее невиновность. Ради этого можно не только вытерпеть стражей, но и рискнуть, забыв про щепетильность в учебе. Она выдержит. Должна…

Остаток дня прошел великолепно, несмотря на то что мотивы преподавателей пока оставались тайной. И если парни были готовы помочь мне во всем, рассказывая о порядках в университете, то в этом они оставались непреклонны. Я сама себе удивлялась, но, выслушав заверения, что если кто и способен мне помочь, так это Джэтен и Эрстен, неожиданно поверила.

— Если ты думаешь, что четыре года проведешь за книгами, то ошибаешься, — усмехнулся Маркес, когда мы сидели в трактире Джосса и ужинали.

— Уже страшно, — усмехнулась я.

— Селеста, вот смотрю я на тебя, и меня терзает один вопрос, — протянул брюнет. — То, что ты подготовлена на уровне второго, а может, и третьего курса по своей стихии, понятно нам всем. Но быть студентом — нечто большее, чем зубрить формулы.

— Вечеринки, развлечения, бурные выяснения отношений, романтические чувства? — уточнила я, а когда Маркес кивнул, возразила: — Не мой случай.

— Я пришла сюда учиться. Меня не интересует все это, — пояснила я.

— А ты пробовала? — приподнял бровь Сайдар.

— Тогда не можешь судить, — решительно заявил Маркес.

— Ты уже сообщила семье? — спросил Сай, переводя тему разговора и задумчиво меня рассматривая.

— А смысл? — тоскливо протянула я. — Я тут пока на птичьих правах, если разобраться.

— Хочешь сказать, семья не знает, что ты здесь? — удивился Маркес.

— По официальной версии я в гостях у своей подруги, — осторожно сказала я. — Но времени осталось мало. Так что…

Естественно, я не стала говорить, каких трудов мне стоило выпросить «отпуск». Отец согласился, дав понять, что по возвращении я должна быть послушной. На это же время было назначено и знакомство с женихом. Вилмар тогда сказал правду, Холден вовсе не являлся стариком, всего немного за тридцать, но мне не становилось от этого легче. Незнакомец, по слухам, закоснелый консерватор, который появлялся при дворе несколько раз в год… Не о такой жизни я мечтала. Да что там говорить, я даже не могла пока сообщить отцу о том, что отныне никакой власти у него надо мной нет и его протеже в пролете. Непонятно, сколько я еще проучусь здесь. Хвастаться раньше времени не хотелось, мое самолюбие не переживет, если после демонстративного заявления придется вернуться домой…

— Называется, развлекли девушку, — буркнул помрачневший Маркес. — Раяр, ты бы хоть иногда голову включал!

— Все в порядке, — запротестовала я. — Но, наверное, мне все же лучше вернуться. Завтра сложный день…

— Я провожу. — Сай поднялся и протянул мне руку.