Непокорное сердце огненного альфы

– А не пошёл бы ты, Оливейра? – снова съехидничала, до побеления пальцев сжимая мои, впаиваясь в них ногтями, как если бы то действительно могло причинить мне боль. – Потом ещё спрашивает, почему за другого я замуж собиралась… – опять принялась ворчать себе под нос.

Всё хорошее настроение резко в бездну кануло. В венах вместо крови кислота будто потекла, разъедая внутренности, лишая разумности, выпуская на волю ту часть меня, которую я обычно старательно контролировал в её присутствии, и над которой вот уже третий раз за наше знакомство терял власть.

– Вега… – рыкнул, чувствуя, как меня накрывает яростью.

И тут же захлебнулся ею. Брат, отлично разобравший опасность, силой надавил. Совсем немного, но этого хватило, чтобы я смог сковать свои звериные инстинкты.

Всё же как хорошо было вдвоём на яхте. Когда не было ничего и никого кроме нас. Спокойно. Идеально.

– Вот именно! Я – Вега! – тоже начала злиться и Аделия. – А ты… – явно не договорила, сжала кулаки и резко выдохнула. – Ты… – протянула в повторе.

Так и не продолжила. Зависла, уставившись невидящим взором на метку в районе моего локтя. И я знакомо через себя пропустил очередную порцию её сомнений. И это привело в ещё большую ярость.

Да какого грёбаного шакала, в конце-то концов?!

– Что – я? Ну же, Вега, договаривай! – рыкнул на девушку, не сдержавшись. – Давай, расскажи мне в очередной раз, как мы друг другу не подходим. И что ты мне жизнь испортишь, если я тебя не отпущу. И что там ещё у тебя на твоём остром язычке вертится? Я ж, блядь, не наслушался ещё за время нашего плавания о том, какой я херовый, и как ты была бы рада вернуться к своему любимому Ньето!

Сам себя доводил сейчас, но, сука, как же бесило это её упрямство!

– Опять ты про Ньето? – округлила глаза Лия. – Ты мне его теперь, что, до конца жизни будешь припоминать?!

– Ну ты же согласна была за него замуж выйти. И даже ребёнка родить. В то время как мне вечные отказы вешаешь.

Возмущения в глазах моей пары лишь прибавилось. Как и во мне самом, когда она без зазрения совести заявила:

– Если бы ты на всеобщее обозрение не отметелил бы его младшего брата и его ребят, которые потом сдохли, то и не пришлось бы!

– То есть, это я виноват, что ты сделала выбор в его пользу, а не мою, да? – рыкнул, не сдержавшись.

– Да я тебя вообще впервые в тот день видела! Откуда мне было знать, что ты – моя пара?!

– Ну не знаю… Может как все другие?! Или что, врождённое упрямство вкупе с сывороткой не только нюх отбило, но и все остальные инстинкты?

– О, кто бы говорил! – взмахнула рукой Аделия, чуть по лицу мне не заехав.