Мое сердце

Все пространство внутри купола было выложено золотыми листьями, а сам балдахин, как скоро обнаружила Велвет, был выкрашен в темно-голубой цвет с золотыми звездами, в центре некоторых из них посверкивали алмазы. Поддерживали балдахин четыре витых позолоченных столбика, покрытых резным орнаментом из виноградных листьев и цветов, очень реалистично раскрашенных. Кровать была завешена голубыми, зелеными и золотистыми полупрозрачными драпировками, а на стене над ней в изголовье нарисована эмблема, или шамса яркие солнечные лучи, вдруг появившиеся из-за туч. В центре эмблемы находился круг, внешнее кольцо которого было золотым, следующее — синим и внутреннее — красным с написанными на них арабской вязью несколькими словами.

Акбар перевел Велвет смысл надписи на память, благо сам специально заказывал ее.

— Первый стих из «Камасутры» Он звучит так «Когда колесо любви закрутилось, никаких правил и ограничений больше не существует» Второй стих звучит так «Я в тебе, теперь я воистину часть тебя Вместе, как одно целое, мы образуем неразъединимый круг любви» Последняя строка взята из «Махабхараты» «Жена есть часть мужа, его бесценный друг, его постоянный источник любви, силы, здоровья, помощница. во все его земные годы; через всю жизнь, не меняясь; и так до смерти». Эти слова, Кандра, говорят о моей любви к тебе. О моем счастье. Я не поэт, и мне приходится брать стихи у других, чтобы рассказать тебе, что у меня на сердце.

Велвет долго молчала. Горло сжалось, на глаза навернулись слезы. Потом она обернулась, чтобы взглянуть в его темные глаза.

— Никак не могу понять, — мягко начала она, — за что мне такое счастье — ваша любовь, мой повелитель Акбар, но мое сердце наполнено до краев. Когда-то я говорила вам, что не могу сказать, что люблю вас, до тех пор пока это не станет правдой. Но теперь я уверена, что люблю вас. Я не могу представить своей жизни без вас, и я хочу от вас ребенка. Мы пришли из двух абсолютно разных миров, двух разных культур, но если я смогу сделать вас счастливым, я готова. — Она протянула руку и легонько погладила его лицо, проводя пальцами по щекам и чувственным губам.

Его глаза загорелись желанием, и, поймав ее руку, он пылко поцеловал ее ладонь.

— Я обожаю тебя, — прошептал он. — Я никогда никого так не любил, а я знал многих. Некоторых из них я даже любил, и они стали моими друзьями. Но тебя, моя прелестная роза, я люблю всем сердцем. Я не встречал женщины, похожей на тебя, и никогда такой не встречу. Никому не дано так полно заполнить мое сердце.

У самой Велвет сердце стучало молотом от необычности его признания. Она была вся переполнена исходящей от него любовью, которая окутывала и обволакивала ее.