Мое сердце

Я хочу убедиться, что мать и Адам в безопасности, прежде чем дам сигнал другим кораблям входить в гавань.

— Мы здесь задохнемся от жары, — запротестовала Велвет. — Почему я не могу пойти с тобой? Я хочу увидеть маму и папу!

— Сначала предстоит довольно жаркая и трудная торговля, малышка, и Адам спустит с меня шкуру, если я подвергну тебя какому-нибудь риску. Я хочу, чтобы ты и Пэнси оставались в безопасности.

— Хорошо, — вздохнула Велвет. — Если мы должны оставаться здесь, значит, мы останемся. Доставай шахматы, Пэнси, сыграем партию.

— Слушаюсь, миледи, — ответила Пэнси. — Можно ли нам хотя бы открыть носовое окно, мистер Мурроу? Может, хоть какой ветерок подует. Господи, никогда не была в такой жарище! Прямо колени дрожат.

— Да уж, — согласился с ней Мурроу. — Эта жара просто оглупляет, твоя правда. Открой окна, может быть, это поможет.

— И теперь, когда мы причалили к берегу, можете пить столько воды, сколько влезет. — Он улыбнулся обеим женщинам, пока они неохотно рассаживались за шахматным столиком, и поспешил из каюты. Как только он вышел, Велвет встала и быстро выскользнула следом за ним. Очутившись на палубе, она спряталась за бочкой, откуда могла все отлично видеть.

Корабль был надежно причален, а на берег сброшены сходни, чтобы несколько сурово-вежливых иезуитов могли подняться на борт.

— Вы быстро вернулись, капитан О'Флахерти, — проговорил Эстебан Рун Орик, личный советник губернатора, ступив на корабль.

— Где моя мать и ее муж? — требовательно спросил Мурроу. — Часть нашего уговора — присутствие моих родителей на берегу этой крысиной дыры. Я должен убедиться, что они живы и с ними все в порядке. Где же они?

— У нас возникли некоторые сложности, — начал святой отец успокаивающим тоном, — но разве не дал я вам слово святой церкви, что им не будет причинено никакого вреда, капитан?

— Тогда где же они, отец Орик? — Мурроу еще раз обежал взглядом причал, и внезапно что-то кольнуло его. Когда они отплывали в Англию, поврежденный корабль матери был пришвартован как раз у этого пирса. Сейчас же его нигде не было видно. Он моментально понял, что произошло. Они бежали! Его мать и Адам нашли какую-то возможность для побега и, конечно, не замедлили воспользоваться ею!

— Они бежали! — с триумфом в голосе воскликнул он.

— Да, — признался священник. — Три месяца назад. — На его тонких губах мелькнула легкая улыбка. — Ваша мать — изумительная женщина, капитан. Как вы знаете, мы заключили в тюрьму основную часть ее команды, оставив на борту только несколько человек для ремонта корабля. И тем не менее она как-то ухитрилась освободить всю свою команду, обезоружить солдат, охранявших судно, и выйти в открытое море. Его превосходительство губернатор весьма огорчен таким поворотом событий.