Мое сердце

— В таком случае, — сказала Велвет сладким голоском, — я согласна ехать в Шотландию. — Она хитро улыбнулась своему мужу.

— Ты когда-нибудь сведешь меня с ума, женщина, если только раньше я не убью тебя, — сумрачно проворчал Алекс.

— Тебе уже надоело мириться? — промурлыкала она. Глаза Алекса неожиданно опять потеплели, а его губы, до того сжатые в тонкую, злую линию, изогнулись в улыбке. Быстро покрыв разделявшее их пространство, он, улыбаясь, поднял ее на руки и вышел из комнаты, неся свою драгоценную ношу. Позади них послышались удивленные восклицания Виллоу и Эйнджел и довольный смех его двух зятьев.

Велвет лежала у него на руках, уткнувшись ему в ухо носом, пока он нес ее через сад, который отделял Линмут-Хаус от их собственного дома, Гринвуда. Он чуть не споткнулся, когда она легонько укусила его за мочку уха.

— Распутница, — проворчал он. — Ты не что иное, как бесстыжая распутница.

— Мне не остается ничего иного, милорд, — дерзко прошептала она, когда они вошли в дом и поднялись по лестнице к своим апартаментам. Две молоденькие служанки вытирали пыль в холле. Они застыли с открытыми от удивления ртами, глядя им вслед. Велвет пробежала язычком по внутренней поверхности его уха, и он вздрогнул.

— Я тебя брошу, — пригрозил он, но она только рассмеялась.

— Нет, не бросишь, Алекс. Ты меня для этого слишком хочешь, и ты слишком джентльмен, чтобы заняться любовью прямо здесь, на глазах у слуг. — Она легонько подула ему в ухо.

— Ты так же хочешь меня, как и я тебя, — проговорил он низким голосом, распахивая ногой дверь в спальню и переступая порог. — Да, милорд, — ответила она, растягивая слова. — Хочу. Он посадил ее на кровать и, засунув пальцы в ее глубокий вырез на платье, рванул тонкую материю так, что она разорвалась сверху донизу, обнажив ее груди. Толкнув ее на подушки, он быстро одной рукой задрал ей юбки, пока второй освобождался от собственной одежды. Потом упал на нее сверху, и его губы нашли ее нежный, соблазнительный сосок. Медленно его язык обошел вокруг него, в то время как его левая рука удерживала ее руки закинутыми ей за голову, а правая быстро отыскала маленький чувственный алмаз ее женственности. Он нежно погладил его, не переставая ласкать ртом ее грудь. Лежа под ним, Велвет вся извивалась от возбуждения, любя каждое его прикосновение и жаждущие губы на ее соске.

— Точно, ты не что иное, как бесстыжая проститутка, — прошептал он, продолжая прижиматься ртом к ее груди. — Не будь я так уверен, что сам лишил тебя невинности, я бы поинтересовался, откуда взялось это непристойное влечение к мужчине. Зная же правду, мне остается только надеяться, что оно проистекает из дикого желания именно меня.