Мое сердце

— Даже не знаю, пожелать тебе встретить подобную Велвет, чтобы ты знал, что я испытываю, или, наоборот, никогда не встречать, чтобы не познать такой боли, Фрэнсис.

На мгновение темная тень набежала на красивое лицо графа Ботвеллского. Он был удивительно несчастливо женат, и они с женой жили врозь. Это был брак между двумя влиятельными семьями, а вовсе не по любви.

— Я уже встретил такую, которая заставила меня взалкать любви, Алекс, — сказал он. — Но она порядочная женщина и даже не подозревает о моих чувствах. Да и не надо, ибо она счастлива в своем браке.

Граф Брок-Кэрнский удивленно посмотрел на своего кузена, изумленный его словами. Но тут Ботвелл встряхнулся, как мокрая собака, и Алекс понял, что приграничный лорд смущен тем, что признался кому-то в столь личных чувствах. Чтобы уменьшить досаду Фрэнсиса, он поспешил сменить тему:

— Ну и что мне сделать, чтобы получить назад свою отбившуюся от рук женушку, не устраивая скандала?

Хорошее настроение моментально вернулось к Ботвеллу, он улыбнулся и сказал:

— Положись на меня, Алекс.

Вступив в круг танцующих, он перехватил Джорджа Гордона, всемогущего графа Хантлейского, который в этот момент танцевал с Велвет.

— Веселье кончилось, Джордж, — сказал он добродушно. — Алекс хочет забрать эту девушку домой, в постельку, и кто может осудить его, а? — Он подкупающе улыбнулся.

Джордж Гордон с улыбкой кивнул:

— Ага, понимаю тебя, Фрэнсис. Он еще раз пробежался оценивающим и одновременно одобрительным взглядом по Велвет.

— Мы, Гордоны, всегда имели горячую кровь. — Поцеловав Велвет в щеку, он любезно пожелал ей:

— Спокойной ночи, прекрасная кузина. Вы стали прелестным дополнением к нашему семейству! — Потом он передал ее лорду Ботвеллу, который повел Велвет к мужу.

— Но я совсем не хочу уходить, — тихо запротестовала она.

— Конечно, — растягивая слова, согласился Ботвелл. — Вы бы с большим удовольствием остались здесь и довели бедного Алекса до сумасшествия от ревности. Ах вы испорченная девчонка, Велвет, но вы еще многого не понимаете. Еще немного виски, еще час, другой — и половина мужчин в зале будут с вызывающей храбростью отбивать у Алекса право узнать вкус ваших губок. Вы действительно хотите вызвать скандал, дорогая?

Велвет покачала головой.

— Нет, — призналась она.

— Тогда как можно приятней улыбайтесь этому бедному, одурманенному парню, за которого вы вышли замуж, и он будет вашим рабом, обещаю вам, — поддразнил ее Ботвелл.

Она изобразила губами мычание.

— Он упрямее мула, — пробормотала она.

— Вы не лучше, — быстро ответил он.

— Фрэнсис! Это не так! — Она обворожительно надула губки, и он рассмеялся.

— Так, Велвет, так. Вы оба, и вы и Алекс, намерены добиться своего. Вы оба эгоисты.