Мое сердце

Если ты так поступишь, все эти сладкоречивые проповедники проклянут тебя и расколют твое королевство на части, да еще и эрлы поднимутся против тебя, как это было в царствование твоей матери.

— Я не считаю вас своим супругом, пока нас не обвенчают в нашей церкви, — прервала его Велвет. Алекс бросил на нее уничтожающий взгляд.

— Попридержите ваш язычок, дорогая! Мы говорим о политике, а не о религии. Вы же можете пребывать в уверенности, что я женюсь на вас в третий раз, теперь уж в вашей церкви. Не сомневаюсь, что в противном случае ваша семья не примет нашего брака. Но до тех пор вы моя жена в глазах шотландской церкви и шотландского закона, и вы будете вести себя соответствующим образом.

— Да что вы говорите, милорд?! Надо понимать, что если я буду возражать, то вы примените силу? — Ее взгляд выражал полное презрение.

— Да, я получу огромное удовольствие, подрав вашу весьма очаровательную, как я смог заметить, попку, да так, что сесть вам очень долго не захочется. Поймите меня правильно, Велвет, я не шучу. — Потемневший от гнева взгляд Алекса ничем не отличался от ее собственного.

Король и Ботвелл взглянули друг на друга, моментально забыв свои предыдущие разногласия пред лицом ссоры, вспыхнувшей между женихом и невестой. Каждый по-своему восхищался Брок-Кэрном и Велвет.

— Когда я расскажу своим братьям, как вы оскорбляли меня, Алекс Гордон… — начала она.

— Они, без сомнения, либо одобрят мое поведение, либо вызовут на дуэль, Велвет. Но думаю, произойдет скорее первое, чем второе, — сухо прервал он ее.

— Послушайте, дорогая! — Лорд Ботвелл улыбнулся. — Мне кажется, что в вашей бесконечной битве с Алексом этот раунд, несомненно, остался за вами. Однако через несколько дней вы отправляетесь в Англию. Будьте же милосердны в своей победе. Вам двоим все равно придется рано или поздно научиться ладить друг с другом.

— Только когда она признает, что хозяин — это я! — взорвался Алекс.

— Хозяин? Как бы не так! — взвизгнула Велвет. — Да с какой стати, вы, напыщенный идиот?! Я что вам — лошадь или собака, чтобы быть мне хозяином? Я женщина, Александр Гордон! У меня чертовски неплохие мозги, и образование я получила не хуже вашего, несмотря на все ваши французские университеты. Вы будете уважать меня за мой ум, или, поверьте, ваша жизнь превратится в сплошной ад, это я вам обещаю! — Из ее глаз сверкало зеленое пламя.

— Это что же, так ваша мать разговаривает с вашим отцом? — спросил Алекс, окончательно выходя из себя. Оба опять забыли о короле и Ботвелле.

— Мой отец уважает мою мать и любит ее. Их брак — это союз любви, доверия и взаимного восхищения. И я меньшим не удовлетворюсь. Если бы вы подождали возвращения моих родителей из Индии, то давно поняли бы это, сумев лучше узнать меня.