Сердце Изнанки

Вениамин, как истинный аристократ, стремился показать отличную школу фехтования. Его движения были точны и выверены — чувствовалась многолетняя практика. Здоровяк Михаил, видимо решив, что техника для слабаков, просто попытался смести своего противника мощными ударами. Когда это не сработало, он и вовсе отбросил меч, бросившись на гвардейца с намерением взять того на удушающий. Впрочем, его пыл быстро остудили.

А вот Семен преподнес сюрприз. Явно не умея толком держать меч, он быстро лишился оружия. Но вместо того, чтобы сдаться, внезапно выбросил руку вперед. Из его ладони вырвалась струя пламени, едва не спалив лицо опешившему гвардейцу.

— Великолепно! — Дмитрий захлопал в ладоши. — Просто замечательно!

Мой поединок много времени не занял. Истинное зрение позволяло читать намерения противника за мгновения до того, как он решался на действие. Три движения — и его меч отлетел в сторону. Еще одно — подсечка под колено опрокинула гвардейца на землю. Краем глаза я заметил брошенный вскользь взгляд Дмитрия.

— Что ж, прекрасно, с оружием обращаться умеете, — произнес он, делая пометки в планшете. — И одаренный у нас один есть. Огневик — интересно, интересно… — он обвел взглядом остальных. — Никто больше не хочет продемонстрировать магические способности? Нет? Тогда переходим к следующему этапу.

Дальше из нас, казалось, решили выжать все соки, но при этом получить максимум пользы.

Семён, согнувшийся под тяжестью нагрузок, всё так же избегал взглядов и стонал от усталости. Однако приставленный к нему гвардеец вместе с Дмитрием не давали бедолаге передохнуть и заставляли продолжать тренировки. Однако мне всё время казалось, что он притворяется. Будто Семён намеренно прятал глаза, словно боялся, что в них можно прочесть что-то лишнее. Чем дольше я наблюдал за ним, тем больше укреплялся в мысли, что он играет роль. Эта его показная безобидность — лишь маска, за которой скрывается что-то куда более интересное. Чувствую, он ещё преподнесёт сюрприз, и не факт, что приятный.

Вениамин, как и ожидалось, переносил испытания с подчёркнутым высокомерием. Он несколько раз пытался встретиться со мной взглядом, видимо хотел завести беседу, но наши конвоиры будто нарочно не давали нам и секунды продыху, а еще старательно разводили в стороны не позволяя контактировать. Зато Михаилу и Семёну наш аристократ регулярно демонстрировал, что они — люди другого сорта. Его манера поведения раздражала, но я предпочёл не вмешиваться.

Михаил, напротив, злился и огрызался, но равняясь на нас с Вениамином, слабости не показывал. Он даже попытался наехать на Семёна, за вскользь брошенный взгляд, но гвардеец быстро пресёк эту затею, чётко дав понять: правила уважительного общения распространяются на всех.