Сердце Изнанки. Книга – 3

— Я его второй сын, — не стал вдаваться в подробности я.

— Что ж, славно, славно! — просиял толстяк. — Всегда я верил в ваш род! Всегда, вот, говорил — Пылаевы настоящие герои! Всем в пример ставил, так и знайте!

Он подошёл и похлопал меня по плечу, а затем схватил своей мясистой ладонью мою руку и принялся трясти с такой силой, что у меня едва не застучали зубы.

— Будь уверен, представлю тебя к государственной награде! А там, может, и орден какой-нибудь за доблесть и решимость! — Сказал Слуцкий. — Таких героев ещё поискать!

— И ведь без страха вскочил прямо верхом на тварь, — продолжал голосить стоящий рядом Гончаров.

— Осталось только понять, как нам от этой туши то избавляться. — сменил тему Слуцкий, переведя взгляд на здоровенную тушу.

— Вот это привалило счастье! — раздался знакомый громкий голос. Из ворот бирюзового дома, который уже оказались открыты на распашку, к нам уже мчался Мартынов собственной персоной. Правда, был он в наспех надетом халате и бежал в тапках, едва не теряя их на ходу, при этом, глаза горели алчным блеском торговца, учуявшего выгодную сделку.

— Это ж радость какая! Кто победитель, кого поздравить⁈ — закричал он издалека, тяжело дыша и пытаясь на ходу поправлять халат.

Мартынов подбежал к туше твари и, не обращая внимания на резкий запах, принялся ощупывать её конечности, будто прикидывая вес.

— Спасён, значит город, господин мэр? — кивнул он Слуцкому, явно стараясь выглядеть важно. — Рад вас видеть. Знаю, что момент неподобающий, но готов выкупить… — он обвёл руками труп монстра, — … тушу этой твари. По самой лучшей цене!

— Мартынов, опять ты за старое, — поморщился мэр. — Ну, когда до тебя дойдёт, что мэры не торгуют? Во всяком случае, на людях, — тихо добавил он, подтолкнув меня локтем. Его усы дрогнули в едва заметной усмешке.

— А торговаться нужно вот с этим парнем, — сказал вдруг Гончаров. Мартынов же перевёл удивленно взгляд на меня. — Он тварь убил. Стало быть, ему и разбирается с последствиями. Вернее, распоряжается трофеями.

Мартынов продолжал смотреть на меня удивленно, только бровь поползла вверх.

— Что это значит? — Затем огляделся по сторонам, его быстрые глаза пробежались по всему, что можно было оценить и продать, посмотрел на констеблей. — Как я понимаю, ваши констебли тоже поучаствовали и стало быть доля и ваших заслуг есть?

Я в этом спектакле оставался лишь второстепенным персонажем и лишь наблюдал за происходящим. Гончаров принялся голосить:

— Да какие констебли⁈ Они появились-то спустя минут десять! — Он снова подтолкнул меня локтем, да так, что я едва не споткнулся о щупальце монстра. — Его убил вот этот молодчик. И людей спас и город наш охранил.