Сердце из тьмы и тумана

Ну и как итог – мы стремительно теряем этот вид магии.

– Что никак не объясняет то, что я сделала.

– Объясняет на самом деле. Но объяснять должен не я.

– А если… – Я закусила губу от страха, что магистр высмеет идею. – Если мне обратиться в Школу Светлых снова? И рассказать о том, как я вылечила Дарка и Мориса? Может, они меня возьмут и научат хоть чему-то?

Не знаю, что хуже: смех или сочувствие, с которым на меня сейчас посмотрел директор.

– Возможно, я знаю того, кто смог бы тебя обучить. Коралина, все очень непросто. Помимо того, что происходит здесь, среди вас, есть некие… глобальные проблемы. Нечто большее, чем драка Даркхолда с приятелем или игры в старшую школу. У Штормхолда большие проблемы, причем сразу в нескольких направлениях. Их нужно решать в первую очередь, даже если это означает пожертвовать заботой о тех, кто в ней нуждается.

– Ничего не поняла, – призналась я.

– Я тебе помогу. Но сначала мне нужно переговорить с королем. Хочу быть уверенным, что ты дождешься моего возвращения, никому не расскажешь об этом разговоре и не станешь делать необдуманных поступков.

– Можете быть уверены, – осторожно улыбнулась я.

Идя на ужин, я верила, что именно так все и получится: Кейман вернется, поможет добраться до столицы и найдет для меня возможность учиться. Несколько дней молчания – невысокая цена за свободу и будущее без школы, где мне так и не нашлось места.

Странно, конечно, что Штормхолд так и не научил меня не давать необдуманных обещаний.

Кто бы знал, как тяжело было сделать выбор!

Я обещала Кейману, что никому не расскажу об отчислении, но не ожидала, что это будет так сложно. Ведь на следующий день в расписании стояла очередная тренировка по захвату флага. Помня прошлую попытку, я не горела желанием повторять ее. А уж в том, что Дарк или кто-то из его приятелей не упустит свой шанс, не сомневалась.

Поэтому выбор был невелик: или попытаться выпросить в лазарете освобождение, либо прийти на тренировку и подвернуть ногу в самом начале, чтобы отсидеться у опушки. Я вряд ли смогу войти в лес даже под страхом смертной казни. Тем более что отчисление меня уже не волнует.

Теперь, когда брошка с песочными часами со дня на день обещала стать бессмысленной побрякушкой, мне казалось, она сделана из камня и неумолимо тянет меня вниз. Все время за завтраком и после я убеждала себя поговорить с лекаркой, но так и не собралась с духом, уверенная, что она вряд ли пойдет мне навстречу.

– Ты в порядке? – спросила Одри. – Какая-то тихая.

– Просто не хочу на тренировку.

– Или боишься? – Она посмотрела с хитрым прищуром.

– Да, боюсь и не считаю это ничем предосудительным. Наивно думать, что Даркхолд упустит шанс поиграть в кошки-мышки.