Сердце Дракона, Часть I

Король повернулся обратно к сыну, и в его груди впервые вспыхнуло пламя гордости. Он протянул собственной палец, и младенец схватил его второй рукой. Крепко. Очень крепко.

— Видят боги, — шептал улыбающийся король. — Он станет великим генералом и…

— Ученым, дорогой, — перебила Элизабет. — Мы договаривались, что если родится мальчик, то он станет ученым.

— Но, любимая, посмотри на него! В нем веса, как в молодом жутковолке!

Взгляд Элизабет посуровел. Воины подобрались.

— Вы что тут устраиваете?! — внезапно гаркнула няня. — Потом свои разборки устраивать будете! Ребенку нужно отдохнуть.

С этими словами она подошла к принцу и, закутав его в расшитые золотом покрывала, унесла в сторону небольшой каморки.

Королева, облегченно вздохнув, упала на подушки. Тяжело дыша, она гладила мужа по руке. Несмотря на их ссоры, о которых в стране ходили легенды, она любила Хавера всем своим сердцем. А тот отвечал ей взаимностью.

— Поздравляю, брат, — поклонился мужчина. — Но прошу нас простить, королева, нас ждет военный совет.

— Еще пару минут, Примус, — прошептала слабеющая Элизабет. — Дай мне побыть с мужем еще пару минут.

Брат короля поклонился еще раз и, запахнув полу плаща, вышел в коридор. За ним последовали и все воины. Как рыцари, так и телохранительницы королевы. Наконец новоявленные отец и мать остались одни. Не так часто у королевской четы выпадали счастливые минуты, когда они могли посвятить себя друг другу.

Управление страной требовало от них полной самоотдачи. Бывало, что они и вовсе могли не видеться по нескольку недель. Как в таких условиях им вообще удалось зачать ребенка — остается большой загадкой. Но, учитывая сроки, скорее всего, надо благодарить пир в честь праздника урожая, не иначе.

Хавер сел рядом с женой, и та опустила голову на его могучую, покрытую шрамами грудь.

— Останься в этот раз, любимый, — прошептала она.

— Начинается война, дорогая. — Король гладил жену по волосам. Шелковистые, густые, они пахли жасмином. Нетронутые сединой, такие же, как и в день их знакомства почти семьдесят лет назад.

— Закончится эта, начнется другая, и так — бесконечно. Войны никогда не прекращаются.

Элизабет гладила шрамы. С каждой их новой встречей рубцов на теле ее возлюбленного становилось все больше.

— Я был рожден королем и воином — это моя судьба.

— Именно поэтому я хочу, чтобы он стал ученым. — Голос королевы задрожал. — Пусть мир боевых искусств не коснется его.

— И он проживет жизнь смертного? — вздохнул король. — Через сорок лет его волосы поседеют, через шестьдесят выпадут зубы, а через девяносто, если повезет и он доживет, то не вспомнит твоего имени. А ты будешь все такой же молодой и прекрасной.