Сердце Дракона

— Синие одежды… меч… длинные волосы, перья с фенечками и синие глаза… не может быть… Генерал Дархан, сэр?

— Не знаю твоего имени боец, но глаз у тебя наметанный, — Хаджар отсалютовал на армейский манер.

— Гавен Лифаен, сэр, — вытянулся по струнке солдат. — Это большая честь для меня приветствовать здесь прославленного героя Дарнаса. Прошу простить, что держим вас у входа, но нам необходимо позвать пр… нашего командира.

— Разумеется, — кивнул Хаджар.

После этого Гавен развернулся и на всех порах помчался куда-то в глубь замка. При этом оставшиеся бойцы пусть и разглядывали Хаджара, как невиданную диковинку, не отпускали оружия, а энергия внутри них так и бурлила.

В любой момент они были готовы броситься в атаку.

— Прославленной герой, да? — с ноткой сарказма протянул Том. Закинув обе руки за голову, он жевал травинку и разглядывал одну из девушек-бойцов. Слишком пристально и похабно, чтобы это оставалось незамеченным. — А если я сейчас перережу горло этому мальчишке, то тоже стану прославленным? Представляешь — Том Безродный, убийца Императора Ласкана. Меня будут помнить сотни эпох.

— Ты этого не сделаешь, — спокойно парировал Хаджар.

— Почему? Думаешь, что будут помнить, как Тома Безродного, убийцу детей? Ну, к демонам. Главное, чтобы не забыли. Оставлю, так сказать, свой след на песке.

— Не сделаешь, потому что он тебе нравится, — пояснил Хаджар. — К тому же след на песке держится только до тех пор, пока его не смоет волна.

Том отвернулся от девушки и посмотрел на Хаджара.

— Знаешь, варвар, мне больше нравилось, когда ты избегал философии…

С этим Хаджар спорить не стал.

Рекка и Анетт, находившиеся за его спиной, в данный момент заботились одновременно и о Крыле Ворона и о спящем ребенке. Атмосфера рудников настолько его вымотала, что теперь он дрых без задних ног.

Отважный комочек, посасывающий большой палец.

Видит Высокое Небо, однажды им с Хаджаром придется сразиться.

Но мысли об этом прервал скрип ворота, спускающего цепи подъемного моста. Когда же обитые железом, соединенные в единое полотно доски сформировали переправу через ров, то Хаджар смог, наконец-то, увидеть, кем же являлся принц Империи.

И, если честно, он был не так уж и удивлен.

— Вы очень изменились, генерал Дархан, со времен нашей последней встречи, — молодой юноша, пройдя по мосту, протянул Хаджару руку.

Хаджар посмотрел на широкий жест — пожать руку принцу Империи означало, как минимум, не мало. Такой вот каламбур. Вот только оставался вопрос, кому этот жест требовался больше — генералу или принцу.

В конечном счете в данный момент на них смотрели десятки пар глаз со стен и из башен.

Проклятый Морган… даже в такой ситуации умудрялся из всего выискивать для себя прибыль.