Сердце академии магии

Чем у тебя так вкусно пахнет? – Крыса демонстративно потянула носом, принюхиваясь к ванильному аромату съеденных печений.

– Не у меня. Это соседка утром угощала, вчера из дома привезла выпечку.

– А мне все равно. Я и соседскими вкусностями не побрезгую. Ты же оставила сладенькое для бедной голодной крыски?

– Нет, – огорченно созналась я. – Не вспомнила. Но ты не переживай, Шейлана скоро придет. Я уверена, она с радостью и тебя тоже угостит печеньем.

– А сама чего? Будто и не твоя комната. Доставай скорее!

– Комната – моя, а печенье – Шейланы.

– Ну так в общежитии все общее. Не глупи. Ничего тебе соседка не сделает. А может, и не заметит даже, что пропали одна-две печенюшки.

– Я не буду рыться в чужих вещах! – Румянец стыда залил мои щеки. – Хочешь печенья – подожди Шейлану.

– Не-не-не… Знаю я, как вы, девки оглашенные, орете при виде моей красоты. Видать, из зависти.

– Я ей объясню твое присутствие.

– Даже связываться не собираюсь. И тебе не советую – мало собственных проблем? Нужно прослыть умалишенной, разговаривающей с крысами?

– Не страшно, уже заработала статус сумасшедшей, причем от самых близких людей.

– Вот и я о том же. Ты и без меня дура дурой…

– А с чего бы полегче? Раз заслужила, так сиди и слушай. Это не я на всю академию прославилась, идя войной на Ченариса. Кстати, чем ты его усмирила-то?

– Бери выше! Видела собственными глазами. И надо же было додуматься на этого припадочного с голыми руками топать! Как только ноги живой унесла…

– Сама поверить до сих пор не могу, что все обошлось.

– Рассказывай давай, чем одолела злыдня.

Я открыла рот, чтобы поведать, как все было, но тут же и захлопнула поскорее, чтобы не поддаться соблазну похвастаться. Обещание есть обещание. И не важно, что дано оно непорядочному человеку, а Крыса даже при большом желании никому наш разговор передать не сможет.

– Только не говори, что это секрет! Жуть как люблю всяческие секретики! Давай-давай-давай! Я же жду! Ну? – Крыса в предвкушении даже привстала на задние лапки и вытянула в мою сторону острый нос.

– Нет. Не будет рассказа. Я обещала Ченарису молчать.

– Чего?! – Крысиному возмущению не было предела. – Кому обещала? Этому убийце крыс и насильнику девок?!

– Убийце крыс? – Хитрым маневром я попыталась переключить внимание собеседницы на другую тему. – Он за грызунами, что ли, охотится?

– Мышеловку на меня ставил. Представляешь? На меня! Мудрейшую из крыс. Идиот, больше никак не назовешь. Но ты мне зубы не заговаривай. Что там с Ченарисом-то? Чем ему хвост прижала?

– Если расскажу, тогда он расставит «дашеловку», и, боюсь, во второй раз мне так же, как сегодня, уже не повезет.

– Трусишь? – презрительно фыркнула Крыса.

– Да, – честно созналась я. – И даже очень.