В сердце Бостона

Я рада смотреть на его лицо. Он божественно красив. Он чертовски любим. И я хочу эту ночь с ним.

Целую его, но Бостон отстраняется.

– Почему? – усмехаюсь, а самой хочется плакать. – Мы не закончили то, что начали в машине, – моя ладонь опускается на его брюки.

Говорю, а горло дерет горечь. Он пришел порвать со мной. Навсегда. Ведь Скайлар – порядочная, красивая, непорочная невеста, которая ждет от него ребенка, а я та, которая под действием веществ готова забраться на колени любого. Скай никогда бы не оказалась в подобной ситуации. А я оказалась. Меня сняли на видео. Меня. Возбужденную, развязную, на коленях другого мужчины, полуголую, стонущую от чужих ласк. Зачем такая Бостону? Он не сможет это забыть.

Я сама посмотрела ту запись и ужаснулась. Проблевалась дважды. Ощутила себя облитой грязью. Почувствовала себя шлюхой. Такой я и была в тот момент.

Поэтому Бостон никогда не примет меня такой. Я никогда не стану ему равной.

– Кендалл, – Бостон перехватывает мою руку. – Послушай, – он обрамляет мое лицо свободной ладонью и притягивает вплотную к своему лицу. – Я не женюсь на Скай, – бах! – Конечно же, я буду поддерживать и содержать ее и ребенка, но между нами все кончено, – бах-бах! Сердце взрывается, а я не могу говорить, потому что не верю. – Я сказал ей, что люблю тебя, – бах-бах-бах! Петарды. Фейерверки. Салюты. Атомные бомбы громят мое сердце. – Я люблю только тебя, Кендалл, – он так близко, держит меня за плечи, а если бы не держал, я бы упала замертво. – Эй, Конфетка, не плачь.

Мои руки трясутся, но я тяну их к его лицу.

– Я люблю тебя, – повторяет Бостон, притягивая меня к своей груди. – Сколько раз мне нужно повторить, чтобы ты поверила?

– Миллион, – всхлипываю я и улыбаюсь сквозь слезы.

– Люблю тебя. Люблю тебя. Люблю тебя. Люблю. Люблю. Люблю. Люблю…

– Не останавливайся.

Миллион закончился, а его шепот – нет.

Он повторял, когда мы упали на подушки. Он повторял, когда раздевал меня. Повторял, когда снимал с себя рубашку. Когда входил в меня. Когда ласкал мое тело. Когда целовал и стонал в унисон со мной. Когда мы оба кончили, он снова прошептал, что любит. И сейчас, когда мы лежим под покрывалом, абсолютно обнаженные, переплетаясь ногами и руками друг с другом, он повторяет:

– Я люблю тебя, Конфетка.

Все-таки это место лечит. Мое сердце тут же и пострадало, тут и исцелилось. И тут нам обоим хорошо.

– Кендалл, – Бостон целует меня в макушку и поглаживает волосы.

– М-м? – мурчу ему в грудь. Мне так хорошо, что ленюсь даже поднять голову.

– У меня есть знакомый врач. Он уже обследовал тебя после того случая в клубе…

– К чему ты клонишь? – взбираюсь выше и упираюсь подбородком в грудь Бостона.

– Тебе нужно пройти обследование. Лечь в клинику на несколько дней.