Круэлла де Виль. История злодейки с разбитым сердцем

На праздничный обед вниз я пришла в одном из своих самых простых платьев, которые обычно надеваю для прогулки в парке или по лесу. «Мусорное барахло», как называла такую одежду моя мама. Но я нарочно не стала наряжаться, не хотела фасониться перед слугами. И там я чувствовала себя в своей тарелке, но сейчас, здесь, в утренней гостиной – совсем другое дело. Перед мамой я действительно выглядела словно чучело рядом с королевой, и у меня от стыда запылали щёки.

– Это уже переходит все границы, Круэлла. Все границы. Я посылала тебя в школу для того, чтобы ты стала настоящей леди, а не горничной. Нет, эта твоя подружка Анита ужасно влияет на тебя, просто ужасно! Напрасно я постаралась устроить её в одну школу с тобой.

Мама театрально развела руками, подошла к сервировочному столику, налила себе хереса и уселась с бокалом на своё обычное место, на диванчик.

– Но это не так, мама!

– Не так? Как это не так, если ты встречаешь Рождественский Сочельник в таком платье? Я дала миссис Веб совершенно чёткие распоряжения насчёт сегодняшнего вечера, а ты наплевала на мои пожелания и сделала всё по-своему!

Так-так-так. Кто-то маме настучал на меня. Впрочем, что тут гадать? Паучиха настучала, кто же ещё!

– Тебе миссис Веб сказала?

– Да, она. Между прочим, миссис Веб у нас теперь домоправительница. Мои глаза и уши в то время, когда меня нет дома. И не пытайся держаться с ней как с прислугой, ты поняла? В моё отсутствие она здесь хозяйка, а не ты, и заруби это на носу, Круэлла.

– Но, мама, она же страшная женщина. Ужасная. Она хотела запретить слугам отпраздновать Рождество. Неужели ты так захотела? Не верю! Что плохого, если слуги тоже устроят свою небольшую вечеринку? В такой-то праздник, а? Помню, папа рассказывал мне о том, какие праздники для своих слуг наша бабушка устраивала в старину. Настоящие балы! Если ей было можно, почему сейчас стало нельзя?

– Потому что бабушкины балы для слуг были в старину, а сейчас совершенно другие времена настали. Тогда у бабушки было огромное поместье, целый её собственный, замкнутый мир со своими традициями и порядками. Мы же теперь живём в огромном городе, где не принято хозяевам обедать вместе со слугами. Ты представляешь, что будет, если об этом узнают в свете? Что, если Анита расскажет о том, что было сегодня, дочерям своего опекуна? Одного этого будет достаточно; чтобы о нас заговорил весь Лондон. Слухи здесь распространяются, как лесной пожар. Мы же посмешищем станем, ты что, не понимаешь этого? – Мама пригубила херес и, не давая мне возможности ответить или попытаться как-то защититься, продолжила на тех же высоких тонах: – Я приняла решение, Круэлла. Ты не вернёшься в школу. Вместо этого пора вывести тебя в свет.