Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Закат

 – Капитан Гастаки, раз уж по вашей милости Талиг остался без Первого маршала, не будете ли вы столь любезны…

– Что? – Оттолкнув Арамону, Зоя знакомо топнула ногой и застыла, будто принюхиваясь. – Все не так… Почему?!

Ей «не так», а самому Алве в его дыре? А Бонифацию, будь он хоть четырежды женат, а Этери с Еленой? А Герарду?! Спасибо хоть Франческа не заплачет, а вот ее Эмиль…

– Его нет! – стонала, продолжая принюхиваться, Зоя. – Он остыл и сгинул, сударь… Он ушел не к нам…

– Он не наш, – хмуро подтвердил Арамона, вновь обхватив капитана Гастаки бледной толстой лапищей, – он никогда к нам не придет.

– Зачем он? – Зоя приникла к своему Арнольду. – Это плохо… Очень… Не исправить!

– Ха! Он там, где хотел. Идем.

– Алва, может, и там, где хотел, – Марсель топнул ногой не хуже выходца, – но я-то здесь, и я этого не хочу! Отведите меня…

Куда? Здравый смысл подсказывал – в Хандаву, но сказать про Алву Бонифацию Марсель не мог. Дамам – ладно, переживут, а вот епископ…

– Я хочу в Валмон, а дорога найдется. Не могли же мои предки никого там не прикончить!

– Хорошо, – неожиданно быстро согласилась Зоя и протянула руку. Прошлый раз Марсель держался за Алву, прошлый раз Алва еще был…

– К вашим услугам, сударыня. – Все-таки это похоже на батюшкино лакомство, значит, смерть всего лишь сыр, а сыр – это смерть, которую нарезают особым ножом, и выходит Рожа. Она смеется и шмякается, потому что убить легче, чем отвадить, не причинив вреда. Папенька слишком стар и болен, чтобы прогонять, он просто ударит; зная, как и куда, убить проще, чем не убить… Какое странное место, в нем все знакомо, и все наоборот. Кто-то, взмахнув руками, валится в черные мохнатые заросли, кто-то нагибается и смотрит, убирает клинок в трость, качает головой… Почему отец стал левшой и откуда на левом флигеле взялся флюгер? Вот холод, тот взялся из смерти, потому сыр и холоден и все дороги ведут к нему, значит, камни шли не в Олларию… Значит, ошибка… Ошибся Рокэ, ошиблась Зоя, ошиблась дыра, только Рожа не ошибается, потому что не думает, только смотрит…

– Ха! – звучит со всех сторон. – Ты!

Холод сталкивается с теплом, левша, флюгер и мертвец растекаются дождем по синему ночному стеклу. Утром было иначе, то есть именно что не было: ни дорог, ни тебя – сплошное бестелесное похмелье, но уж лучше оно, чем память о разом омертвевших валунах и нахлынувшей пустоте.

– Весьма вам признателен, капитан…

Зоя решила помочь, Рокэ сделал, что сделал, значит, был с ней согласен, а Марселя Валме спросить забыли. Свинство вообще-то, только кто из этих… спасителей отечеств и миров не свинья по отношению к друзьям?

– Капитан Гастаки!..