Сердце дракона. Том 8

Каким-то образом его техника “Теневого Зверя” – в данном случае, обезьяны, смогла слиться с Зовом.

Сам по себе “Теневой Зверь”, с которым Гурт уже сталкивался, не был таким уж страшным щитом. Но, вместе с Зовом в виде радужной чешуи-брони, Теневая Обезьяна не только пятикратно усилила свои защитные способности, но и приобрела возможность к атаке.

И, учитывая, что в лапах она держала очень странный Дух, похожий одновременно и на клык, и на копье, то ожидать от островитянина можно было чего угодно.

– Да что здесь твориться? – процедил Гурт. – Кто они такие.

Убийца уже сделал шаг вперед, как его окликнул боец.

– Капитан. – прошептал он.

Гурт обернулся на голос. К ним, поднимая в небо клубы дорожной пыли, мчались десятки, если не сотни адептов разной силы.

– Демонов луч света, – выругался Гурт.

Ученики мчались вовсе не на подмогу Хаджару и Эйнену. Они устремились в сторону, где в небо вонзился луч энергии. И, по удивительному совпадению, их маршрут пролегал как раз через место сражения.

– Уходим.

– Да, капитан! – кивнули бойцы и мгновенно исчезли в воздухе.

Гурт нисколько не удивился тому, что буквально пару секунд назад перестал чувствовать ауру последней Ночной Кошки. Тигрица проклятого варвара превратила всю семерку в груду мяса и костей.

– Передай своему другу, – стоя в полоборота, произнес Гурт. – что наша встреча только началась.

С этими словами Гурт растворился в воздухе. Ему срочно нужно было посоветовать о произошедшем с Наставником. Монстр такой силы заслуживает отдельного внимания.

Глава 697

Хаджар находился в странном состоянии. Оно было схоже с тем, когда человек уже осознал, что проснулся, но отчаянно отказывался открывать глаза.

Он понимал, что уже не спит, но старался продлить это приятную негу, в которой тьма ощущалась чем-то теплым, приятным и объемным.

[Состояние носителя: стабильное. Кризис: миновал 4 часа 16 минут 27… 26… 25… секунд назад]"

"Вспышка информационного окна нейросети, едва не заставила Хаджара открыть глаза. Удержавшись на грани между забытьем и пробуждением, он “широко улыбнулся”.

Разумеется, в реальности Хаджар улыбнуться не мог. Здесь, в состоянии чистого сознания, он мог лишь подумать, что улыбается.

Впрочем, это чувство было ему хорошо знакомо.

Тогда, на Земле, много-много лет назад, он уже испытывал подобное. Будучи прикованным к постели, не в силах пошевелить ничем, кроме левой руки, он чувствовал себя запертым внутри собственного тела.

Чувство, к которому он успел привыкнуть почти за двадцать лет, но также быстро и отвык.

Тогда, в Черных Горах Балиума, в битве с Патриархом секты Черных Врат, это чувство вновь к нему вернулось. Позабытое, но все еще приходящее в ночных кошмарах, оно дало о себе знать.