Сердце Дракона. Седьмой Том. Часть 2

Тот, только что пронзенный кинжалом-убийцей, спокойно расхаживал в центре зала.

Подойдя к обездвиженному степному клыку, пробившему не более, чем обивку высокого кресла, он потрепал краснокожего по волосам.

— Хорошая попытка, но это я у тебя заберу, — с этими словами он протянул рук, выхватил кинжал, а затем, без всяких усилий, разломал его на две части. Выброшенные обломки покатились куда-то под ноги Аркемейи. — Тебя уже ждут.

Теперь уже Степной Клык, пролетев с десяток метров по воздуху, впечатался в стену рядом с Хаджаром.

— Ну а теперь наши главные гости! — в зале зааплодировали. — без которых праздника Черной Звезды не произошло бы!

Три фигуры в серых хламидах взмыли в воздух и подлетели к Королю Да’Кхасси. С них слетели капюшоны. Дерек, Алея и Ирма, без возможности пошевелиться, остановились в метре от демона.

— Ты мне не нужен.

Дерек, повторив судьбу Хаджара и Степного Клыка, впечатался в стену. Опешивший, испуганный, он неверующе смотрел на своих подруг.

Ведь все шло так хорошо…

— Какие достойные экземпляры… — демон подошел к висящей в воздухе, плачущей Алее и Ирме. Он их поочередно обнюхал, а затем, взяв Алею за скулы, произнес: — Ты мне не нужна.

С хрустом шея девушки изогнулась, а энергия в теле целительницы исчезла. Та умерла мгновенно.

Ирма потеряла сознание, а по щекам бессильного Дерека потекли слезы.

— Пируйте, господа, а мне нужно подготовить невесту к её лучшей, в жизни, ночи."

"Да’Кхасси засмеялись и вновь зааплодировали. Король же пошел в сторону выхода из зала. Потерявшее сознание Ирма плыла за ним следом.

— Ах да, дорогая дочь.

— Да, мой король, — склонилась Аркемейя.

— Этих, — Король кивнул в сторону пригвожденной к стене троице. — отведи на поля. Думаю, там найдется для них местечко.

Глава 606

Хаджару сперва показалось, что он видит старый кошмар о тех временах, когда единственным его собеседником была крыса. Тогда, в темнице королевского дворца в Лидусе, он так же сидел в тесном помещении в глубокой тьме.

Но наваждение быстро спало. Эта темница оказалась куда просторней. К тому же едкую тьму разбавлял тусклый свет, льющийся сквозь узкую полоску бойницы, заменявшей здесь окно.

На серых камнях лежала солома — видимо, заменяла кровать и служила чем-то вроде циновки.

Подойдя к решеткам, Хаджар схватился за них и попытался раздвинуть прутья, но, к удивлению, не смог. К удивлению, потому как сталь, которую он чувствовать в ладонях, не обладала собственной энергией. Следовательно — не могла быть артефактной.

А удивился Хаджар потому, что его не сковывали никакие кандалы, а на шее не висело рабского ошейника. Но, даже так, сила, почему-то, не мгла покинуть его энергетического тела. Будто запертая в нем, внутри меридиан и узлов, она билась о стенки ставшего непроницаемым сосуда.