Шипы в сердце. Том первый

Любви ко мне это точно не добавляет — в их глазах я теперь не просто выскочка, занявшая не свое место в обход по чужим головам, но и тиран. С Лазаревой было проще. А со мной — я хочу, чтобы было идеально. Чтобы ни у кого даже мысли не возникло, что статус хозяйской любовницы дает мне какие-то преференции. Хотя в мире красивых игрушек богатых мужиков — это нормально, это правило, это аксиома.

На работу я приезжаю чуть ли не самой первой, домой ухожу в числе последних. Пару раз замечаю авдеевский «Бентли» на стоянке, пару раз, когда я выхожу — его уже нет.

В среду мы сталкиваемся в переговорной, но он ведет себя сдержано и профессионально. Настолько безупречно демонстрирует свое «мне похуй на тебя, пока ты в офисе», что после собрания я все-таки пишу ему, что он бессердечный мудак. Он не обижается. Вставляет только короткое: «Берегу твою репутацию». А мне иногда хочется, чтобы схватил при всех в охапку и поцеловал. Даже если через секунду мы оба об этом пожалеем.

Отвлекают от всего этого только мои поездки к нему на конюшни.

Вадим сдержал обещание — господи, как будто бывает как-то иначе — и предупредил обо мне. Потому что каждое мое появление меня встречают как маленькую принцесску. Теперь у меня здесь есть свой свои личные розовые — да, блядь, — резиновые сапожки, чтобы без проблем шастать по грязи, экипировка для верховой езды, хотя идея взобраться на лошадь до сих пор кажется мне чистым безумием. К моему приезду всегда готовят вкусный чай и перекус, а повар — милая женщина лет шестидесяти — всегда угощает пирогом с ягодами.

Я стараюсь вести себя максимально незаметно и никому не доставлять неудобств.

Просто беру книгу — сопливое девчачье фэнтези про невозможную любовь ангела и демона — сажусь рядом с вольером на скамейку и читаю вслух. Читаю либо пока не замерзну, либо пока не заболит горло. Хочу верить, что однажды мой голос Маруся будет встречать не злым шипением, а хотя бы молча. Но пока что не изменилось ровно ничего.

И да — идея назвать бедную израненную кошку «Марусей» целиком и полностью моя. Когда случайно упомянула ее имя в телефонном разговоре с Вадимом, он посмеялся и сказал, что такое могло прийти в голову только мне. А я сказала, что если бы он был чуточку внимательнее, то увидел бы, что имя «Маруся» буквально написано у нее на морде.

Вылет в Штаты в воскресенье, через три дня."

"Вадим не говорит, зачем туда едет, но у меня в руках достаточно информации, чтобы иметь более-менее ясное представление о том, что именно «MoneyFlow» собирается сожрать в ближайшее время. Это сделка с отелями. Та самая, информация о которой по непонятной причине вдруг оказалась в моей рабочей почте.