Сердце полемарха

Чуть выше метра шестидесяти, худенькая, с точёной фигуркой с чёрными, как смоль волосами и такими же тёмными глазами она притягивала взгляд своей белой, алебастровой кожей, высокими скулами и нежными розовыми губами. Да, красивая молодая женщина.

Я попробовала поставить себя на её место: семья не самая богатая, а если верить лекарю, то и вовсе на грани нищеты, и родственники, которые хотят тебя продать подороже в рабство. В этом случае старый целитель совсем неплохой вариант. К тому же девушка будет пока его единственной женой.

Вот ещё вопрос: а был ли гиатрос Иринеос вообще женат? Есть ли у него дети? Всё же, как мало я знаю о своём начальнике.

- Пенелопа, - обратился к супруге мужчина, — это моя подопечная - гиатрос Аглая, именно благодаря ей ты избежала участи стать рабыней.

Девушка всё это время неотрывно на меня смотрела, в глазах её читалась благодарность и понимание.

Девушка мне понравилась.

- Госпожа гиатрос Аглая! Благодарю вас за помощь!

- Это ваша мама попросила спасти вас от рабской участи. Благодарите её и гиатроса Иринеоса. Потому что если бы не он, то я не смогла бы вам никак помочь.

- Я вас поняла, - кивнула девушка, - но молить богов о вашем благополучии всё равно стану! - улыбнулась девушка.

- Так, хлопнул себя по коленям Иринеос и поднялся на ноги, - мне нужно собираться в дорогу, с этой свадебной суетой совсем забросил дела. А время не ждёт! Пенелопа ты остаёшься здесь, со мной ехать не нужно. Слушайся во всём гиатрос Аглаю, она будет назначать для тебя ежедневно определённую работу. Только в асклепион тебе ходить запрещаю.

- Я всё поняла, супруг мой, - кивнула девушка, но мужчина уже на неё не смотрел. Он сверлил меня настойчивым взглядом, вздохнув, сказала:

- Они не пускают меня в женский абатон и загрузили больными в мужском настолько, что, простите, нужду справить некогда.

- И зачем тебе нужно было скандалить? - продолжал хмуриться Иринеос. - Не забывай, что несмотря на твой доро, ты рабыня.

- Кто бы дал забыть, - фыркнула я.

- Ты же не успокоишься?

- Не успокоюсь. Я найду способ пробраться к женщинам и хоть двух-трёх осмотреть.

- Сложная ты, Аглая, - покачал головой старый лекарь, а я заметила с каким выражением на меня смотрит Пенелопа: девушка явно была растеряна от того, как именно я веду разговор с её мужем. То ли восхищение мелькнуло, то ли наоборот осуждение, не успела разобрать. Но это пока не важно. Меня волнует совсем иное:

- Это справедливо! - вскричала я, - гиатрос Лазарус тоже всё время в мужской части проводит. Получается, что до женщин, кроме рядовых жрецов с первым доро, а то и вовсе без оного, никому и дела нет!

- У гиатроса Лазаруса второй доро, - ни к месту пробурчал старик.

- Да знаю я! Определите его к женщинам. Скажите Мене...