Сердце под прицелом

Сзади с мигалками летела скорая. Раздуплился, чтобы дать дорогу.

– Подожди, – прохрипел, вливаясь в двинувшийся поток. – Как она могла родить? Там сколько?.. Месяца три-четыре?.. – тупил по-черному.

Мать расхохоталась. Батя на заднем фоне буркнул что-то вроде: «Ну хоть считать умеет!».

– Нет, Мила не родила, Руслан! Я внука на аппарате ультразвука разглядела.

– Понял, – отбил я. – Ладно, бывайте. Я за рулем.

– Поздравляем! – снова зарядила мать.

– Ага. Пока.

Сбросил звонок. Врубил дальний, притопил газ. В голове снова загудело.

Что по поводу?

Сын так сын. Разберемся.

Косыгин напрашивался в гости. Я, конечно, предупредил, что на хате Библиотека сейчас. Его не смутило. А мне-то что.

Зашли, она от неловкости тряслась вся. Беременной, кстати, до сих пор не выглядела. Где они там сына рассмотрели? Я заметил только грудь – все, что выросло.

Чему реально удивился? Библиотека приготовила ужин, стол накрыла. Пюрешка, котлеты, салат, селедочка, соленья, компот, какие-то пироги – порадовало, конечно. Я сто лет домашней еды не ел. Хоть какой-то прок от этой женитьбы.

Жека, оценив картину, присвистнул.

– Хорошо устроился, Чернов, – поддел со своим ебаным юмором, заставив Библиотеку краснеть.

Первым увалился за стол.

Я сел напротив, молча потянулся за вилкой. Осторожно попробовал. Оказалось вкусно. С аппетитом приступил к полноценной трапезе.

– Как отработали? – не затыкался Косыгин.

Библиотека что-то мыла у раковины. Не думаю, что ей было дело до моего ответа, но все равно рассказывать не стал.

– Ешь давай, – скомандовал глухо.

– Так, а горючее будет? Че мы на сухую сидим?

Библиотека обернулась. Смерила Жеку недовольным взглядом.

– Не в кабаке, – резанула в своей манере. – Отвыкай.

Вывернув влево челюсть, так жевать и перестал. Замер. Стрельнул глазами. Взвесил ситуацию. С пикирующим вниз настроением медленно дожевал.

– Компот пей, – бросил Косыгину грубо. Затем глянул на Библиотеку. В упор. – На минуту, – кивнул головой в сторону двери.

У нее на нервах что-то упало – то ли тряпка, то ли полотенце. Засуетилась, подбирая. И вышла с таким видом, будто я ее на расстрел пригласил.

Поднявшись, не сбавляя жесткости, двинулся следом.

Коридор темный, узкий, тесный. Ноздри дрогнули чуть активнее, чем требовалось. И по мозгам ударило женским запахом. На полном вдохе забился этот ненавязчивый флер под самые ребра. Грудь сдавило, будто косая легла.

Живот скрутило. Отпустило. Снова скрутило.

Вышли на свет.

Библиотека обернулась. Я сжал челюсти так, что хрустнуло в висках.

– Давай сразу, – обратился твердо. – Главный в этом браке – я. Я решаю. И не только в этой квартире. Где бы мы ни были вдвоем, – голос стал внушительнее, все по расчету. – Ты не можешь гаркать на моих друзей.

– Я не гаркала, – огрызнулась тихо, с дрожью.