Сердце офицера

А, по всей видимости, отслеживал их перемещение, что нисколько не смутило Ольгу.

Раскрыв зонт, Громов поспешил к машине.

— Шикарно выглядишь, блондиночка. Так бы и съел.

Иногда её подбешивало его ироничное «блондиночка». Хотелось врезать, от души. По плечу. Или по широкой спине. Потребовать, чтобы он, в конец-то концов, перестал её так называть.

Потом Оля посмотрела в его глаза, где помимо иронии каждый раз плескалось нечто иное. Притягательное, томное, сладко-тягучее. Петр кайфовал, дразня её.

Она невольно плавилась, понимая, что эти эмоции предназначены для неё.

Поэтому… Черт с этой «блондиночкой».

Петр помог Оле выбраться из машины и, защищая от дождя, направил в ресторан, где помог снять верхнюю одежду.

После чего сделал шаг назад.

— Хм…

Оля тоже сделала шаг назад. Несмотря на то, что волнение теплой волной поползло по позвоночнику и плечам, мимолетом коснулось ниже живота, Оля улыбнулась:

— Нравлюсь?

В гардеробной был приглушен свет. Помимо них, чуть в стороне, раздевались ещё двое мужчин.

Петр загородил Олю от них, склонил голову набок, наигранно и предупреждающе сообщил:

— Через часок покажу насколько.

Сначала Оля не поняла подтекст его фразы. Когда смысл дошел, кровь резко прильнула к лицу.

— Я сделаю вид, что ничего не слышала… генерал.

— Зря, — довольно хмыкнул Громов и предложил ей руку.

Оля до и во время беременности выходила с Виталиком на мероприятия. Ей нравилось знакомиться с новыми людьми, общаться с ними. Поэтому никакого дискомфорта или стеснения она не испытывала.

Её рассматривали. Много и часто. С любопытством. Олю подмывало уточнить у Петра, почему их выход вызывает столько интереса? И нет ли повторения истории с имением? Какая существовала вероятность, что и в люди Петр не выходил с женщинами? Сомнительно, конечно. Но всё же… Всё же…

Оле хотелось узнать про его жену. Что случилось, причину её трагической смерти. Молодая же совсем была, жить и жить. Как любой другой женщине, Оле хотелось заглянуть в прошлое Петра. Хотя бы немного, личное пусть останется личным.

К Громову постоянно подходили люди. Оля бы даже сказала: тянулись вереницей. Кто-то поздравлял с назначением, кто-то договаривался о встрече, непременно вне штаба. Некоторые просто здоровались, задерживались, чтобы поговорить ни о чем. Оля заметила, что к последним Петр расположен был более добродушно. Они шутили, посмеивались.

Потом были официальная часть и поздравление именинника. За столом Петр положил руку на коленку Оли и не убирал. Сжимал, поглаживал, собирал пальцами юбку платья. Оля раз попыталась скинуть, увести ногу в сторону и добилась того, что давление усилилось. Плюс Петр посмотрел на неё о-очень выразительно. Мол, не стоит делать лишних движений.

Она и не стала.

Оля купалась во внимании Петра.